Горшок, перелетев через камень, упал на землю и раскололся, поднялась небольшая тучка пыли. Корнелиус удивленно убрал локоть, потом, посмотрев на дворяни, не удержавшись, от души, расхохотался неожиданным для низкорослого тела басом. На его воспаленных глазах заблестели слезы. Лицо Ягура пошло серыми пятнами, а волосы встали дыбом.
-- Шутки вздумал надо мной шутить, смерд?! - еле слышно прошипел он.
Гном-алхимик враз перестал смеяться.
-- Да погодите Вы, Ваша светлость! Я просто не попал. Нужно о твердое... Иначе, не срабатывает. И глаза,.. глаза поберегите...
Не дожидаясь ответа, он подхватил следующий горшок и, сделав шаг вперед, с силой швырнул в щит. Вначале -- последовала яркая вспышка, затем раздался грохот, пахнуло горячим ветром и над головами засвистели глиняные осколки. Один из них угодил Френсису в ногу. Вскрикнув, он присел. Сжавши запястье Ziriz, заставил Бареля мгновеньем раньше упасть на землю.
На месте щита осталась лишь несколько дымящихся досок. Довольный произведенным впечатлением, горбун назидательно проворчал:
-- Я же говорил, поберегитесь. А вы... плеточкой. Теперь, ваша светлость, нога будет ныть добрую неделю... А представьте - с крепостных стен, да на головы... Вряд ли кто вновь полезет...
Но Ягур уже и так оценил всю важность открытия. Потирая ушибленное место, задумчиво смотрел в сторону развороченного щита.
-- А пращей метать можно?
-- А ежели соскочит?
-- М-да...
Поднявшийся на ноги Леон опасливо взял в руки чудо-горшок. Ничего особенного. Небольшой, с хорошо притертой крышкой, сверху залит воском. Правда, достаточно тяжелый. Можно бросить шагов на двадцать, а то и боле...
-- Ну и сколько у тебя таких наберется к завтрашнему утру? - все еще потирая ушибленное место, морщась, спросил Ягур.
-- Помилуйте, Ваша светлость! Я же не столько маг, сколько ученый! А за чудесами... к Создателю... Хотя он их не часто являет... А у меня-то, и было всего пару дней...
-- Не причитай! Сколько?
-- Ежели всю ночь будем работать, то, может, сотня и наберется...
-- Мало! Сотней легионы Ригвина не остановишь... Но делай сколько успеешь. Пошли, Странник, есть разговор...
* * *
Венчая горную вершину, пронзая остроконечными башнями замков небо, разрывая плоть стремительно бегущих облаков, словно мираж или волшебная сказка, у края вечности замер Геликон... Последний эльфийский город-крепость. Камень, превращенный в мелодию arfe. Стремительный и воздушный, гордый и неприступный, как и вся уходящая раса. Прекрасный цветок среди серой зловонной плесени gne'zze... Последнее, самое последнее пристанище...
Ветер, пригнавший на смертельный пир многомерные, переливающиеся желто-красно-сине-фиолетовым пламенем, облака... Вдруг ставшее багряным небо... Небесный Дракон, хлестнал хвостом потемневший от гнева O'ziriz... Павшая наземь тень, брызги огня, стремительно несущиеся вниз слепящие яркие дуги молний, слившийся воедино рокот грома...
Выжившие эльфы покидали некогда родную, а теперь враждебную, планету. Ходом, глубоко скрытым во чреве гор, шли в подземный Rubikon. Оставшиеся на стенах города стражи бросали вниз серебристые сферы. Разбившись, они извергали эльфийский огонь. Слившись в пылающую реку, он приостановил напиравших gne'zze. Когда уйдут последние защитники, в жертву будет принесен и сам город. Никогда! Никогда грязная нога gne'zze не ступит на его мраморные мостовые, а жадная рука не коснется святынь!
* * *
Лишь немного посветлел горизонт, а Корнелиус уже тормошил Бареля. Еще не понимая, что видение-сон позади, он резко сел в постели. Полыхающее заревом небо, остроконечные башни, серебристые сферы, река эльфийского огня еще стояли перед глазами, а в ушах звенели вопли заживо горящих gne'zze.
Леон тупо уставился на Кума. Гном-алхимик, радуясь, что не одному ему не дают спать, плотоядно ухмыльнулся.
-- Вставай, Странник, пора. Барон велел с рассветом быть на Тракте.
Сразу вспомнились вчерашние напутствия Ягура:
-- Чуда от тебя не жду... Но постарайся припугнуть их хорошенько. Чтобы не сразу сунулись в Дактонию. Понимаю, силенок маловато. Но думаю, что с "бешеными баронами" полтыщи все же наберется. Сам то ты, Странник, в бою хорош -- видел. А вот войском командовать приходилось?
-- Таким -- нет, -- нахмурился Леон.
Честно говоря, он никак не ожидал подобного развития событий. Вчерашний беглец слишком быстро стал тысячником. Да и поручение - ни много, ни мало - спасать целое герцогство. Раз его туда посылают, то дела видать совсем плохи. Своих жалеют. А так - пришлый. Не велика потеря.
-- Верю, сможешь, -- продолжал Ягур. -- У тебя, после показательной резни авторитета с избытком. Да и указ Даниеля будет.
-- Как же без клятвы?..
-- Ну, это не долго... Клятву примем.
Леон непонимающе взглянул на барона.
-- Твой бывший сюзерен - покойник. А скоро, в след за ним, отправится и Фергюст. Трехглавый потащил его за Лаврой в урочище Саламандр. Стало быть - от старой присяги ты свободен...
