Янис сглотнул, прислушиваясь к ощущениям. Что бы там ни говорили, смотреть змейками-волосами он не мог. Наверное, и хорошо, а то, если бы они тоже могли окаменять, было бы гораздо сложнее. Ян невольно представил себе стайку змеек с перевязанными мордочками, не удержал смешок, почти сразу перешедший в стон — правду говорили, что отсутствие зрения обостряет все остальные чувства. По крайней мере, прикосновения губ Рилонара он ещё никогда не ощущал настолько остро.
— Ещё…
Хотя можно было не просить — эльф и сам уже увлёкся, целуя его шею и плечи. Потом отстранился, словно только затем, чтобы Ян внезапно почувствовал себя беспомощным в этой темноте. И таким же, но уже по-иному, когда через некоторое время Рилонар принялся осторожно стягивать с него оставшуюся одежду.
А потом эльф прижался всем телом, горячим, почти обжигающим по сравнению с воздухом. Яну оставалось только резко выдохнуть, как будто из него вышибло дух этим прикосновением. Руки сами потянулись обнять, прижать крепче, змейки неловко тыкались, ориентируясь на ощущения, и дразнились тонкими раздвоенными язычками. Горгона смутно порадовался, что на нём повязка — взгляд бы он точно сейчас не удержал, какое там, не удавалось сдержать даже чешую, лентами и полосами покрывшую руки. Янису казалось, что эти полоски чешуи тоже переползают, извиваются, скользят по коже… или это ладони Рилонара? Он явно следил за этими шероховатыми на ощупь линиями. Тяжёлое дыхание, раздававшееся над самым ухом горгоны, чётко говорило: эльфу этот внезапно открывшийся факт нравится. Янис остро ощущал это животом, к которому прижимался Рил.
Рука эльфа внезапно стала пробираться вниз, оглаживая сначала бок, потом бедро, пощекотала живот — и сумеречный чуть отодвинулся, принявшись медленно ласкать раскинувшееся под ним тело, перемежая прикосновения с быстрыми поцелуями куда получится — в губы, в щёки, пару раз даже в нос. Янис окончательно расслабился, позволяя себе наслаждаться ласками. Он много раз пробовал представить, как всё могло бы быть между ними, но и не думал, что Рилонар будет настолько осторожен. Окажется настолько… а-ах-х-х… умелым любовником. Было просто невозможно не подаваться ему навстречу, не отвечать на ласки, пытаясь вслепую поймать губы и угадывая, что угодило под пальцы.
В конце концов под них попалась коса, вмиг растрепавшаяся, но которую отчаянно не хотелось выпускать — убежит ещё куда-нибудь, а потом не поймаешь.
Эльф тем временем опустился ещё ниже, почти вжался, всё-таки опираясь на локоть, — и обхватил ладонью уже обоих, с шипящим стоном чуть толкаясь бёдрами навстречу. Может, в другой раз всё будет иначе… но пока ни сил, ни терпения на какую-то долгую подготовку не было. А без неё… причиняя боль… Нет уш-ш-ш!
Впрочем, Янису хватило и так — совсем скоро он задрожал, свистяще выдохнул сквозь зубы и выплеснулся на живот тёплым золотистым семенем. Несколько секунд приходил в себя, откинувшись на подушки, потом потянул Рилонара за так и не выпущенную косу, желая поцеловать. Эльф охотно поддался, упираясь свободной рукой рядом с лицом горгоны и чудом не придавив ни одну из змеек. Поцелуй вышел короткий, полный прерывистого дыхания и жаркого столкновения языков.
Успевший почти вровень с горгоном Рилонар в конце концов просто перевернулся на бок, притянул юношу к себе, наплевав на и так безнадёжно испачканное покрывало. Прижал, не давая упасть, сам опасно балансируя на самом краю.
— В следующий раз будет больше, обещаю, — совсем охрипшим голосом сказал он.
Вместо ответа его обняли, уткнувшись носом в шею и блаженно улыбаясь. Говорить Ян то ли не хотел, то ли был не в состоянии — он даже не тянулся снять повязку. Рилонар накинул на него одеяло, укрылся сам. Осторожно распутал узел на ленте, коснулся губами виска и зарылся пальцами в волосы горгоны, позволяя змейкам оплести запястье.
Оставалось надеяться, что до утра никто из них с кровати не свалится.
========== Глава 7 ==========
Всё как-то незаметно… пришло в норму? Даже нет, не в норму… К чему-то обыденному.
Рилонар теперь выкраивал два вечера на работу в мастерской, но всё равно они почти что не виделись. Эльф умудрялся работать даже в выходные, что уж говорить о горгоне, который рьяно взялся за новую затею. Платья теперь требовались агатовые, загадочно полупрозрачные и невероятно трудоёмкие. Они отнимали всё время и силы, но работа спорилась как никогда. Яну казалось, что его то и дело подхватывают невидимые крылья, и самая нудная рутина не убивала вдохновения. Да, порой приходилось повторять ещё раз, два, пять — но стоило представить, как улыбнётся Рил при виде очередного законченного творения, и словно открывалось второе дыхание.
