Но это была ещё не беда. Беда началась, когда Иван понял, что Марьюшка, искренне и глубоко ненавидевшая его, влюбилась в нищего художника… Первым его побуждением было покинуть солнечную Италию, вернуться в Россию, засечь мерзкую девку до полусмерти и посадить на цепи в холодной на хлеб и воду, пока не сдохнет. Но Ванечка сумел сдержать этот порыв, успокоился и решил отомстить тоньше и красивее… Так, чтобы проклятая Марья, отвергнувшая его любовь, страдала бы и мучилась всю жизнь.
А придумав свой план, он стал закрывать глаза на общение Марьюшки и Джакомо, более того, пригласил его в свой особняк – якобы для реставрации нескольких приобретённых в Италии картин старых мастеров. Влюблённые с головой ушли друг в друга. Их не страшило настоящее, не мучило прошлое и не расстраивало будущее – для них всё было только здесь и сейчас.
Очень скоро общение Марьюшки и Джакомо дало свои плоды – девушка понесла. Влюблённые оказались в сложном положении, но Иван переговорил с Джакомо и заявил, что не имеет ничего против замужества свой «кузины Мари», единственное его условие состоит в том, чтобы сразу же после венчания они уехали вместе с ним в Россию. Более того, он даже согласился даже дать реверсалий*, чтобы венчание Марьюшки и Джакомо прошло по католическому обряду, добавив только, что в России процедуру следует повторить по обряду православному.
Наивный Джакомо был восхищён благородством родственника любимой женщины и с радостью согласился.
Венчание прошло быстро, и бледность невесты Джакомо списал на её положение и свадебное волнение. А уже на следующий день молодые вместе со своим старшим родственником выехали в Россию.
В дороге Джакомо почти не общался с Марьюшкой – ему объяснили, что она плохо переносит беременность, и при встречах их обязательно кто-нибудь присутствовал – то доктор, то доверенный слуга Моргауза, а то и сам Иван. Джакомо и это не насторожило – он посчитал, что таким образом Иван пытается, хоть и запоздало, блюсти честь своей родственницы…
Иван же Готлибович очень спешил вернуться, и дорога в родное имение заняла рекордно короткое время – чуть более трёх недель. Сразу же по приезде был приглашён православный священник, повторно обвенчавший Марьюшку и Джакомо, и после скромного свадебного ужина довольный Иван Готлибович пригласил молодых в свой кабинет, где и объяснил Джакомо, в какой ужасной ловушке оказался юный итальянец.
Ошеломлённый Джакомо узнал, что его прекрасная возлюбленная по сути просто одушевлённая собственность Ивана Моргауза, и что по законам Российской империи свободный мужчина, заключивший брак с крепостной девушкой, равно как и свободная женщина, вышедшая замуж за крепостного, закрепощались сами**. Таким образом, благодаря браку (двойному браку, если учесть католическое венчание!) Джакомо Скоропео превратился в крепостного Ивана Моргауза Якима Скоропова.
Можно ли представить себе большее потрясение и более изощрённую месть?
*Реверсалий – разрешение старшего из родственников на венчание представителей двух разных конфессий по одному обряду, как правило, не по той вере, в которой состоит дающий такое разрешение. Так же реверсалий может даваться одним из родителей в браке представителей двух разных конфессий на воспитание детей в вере супруга(супруги).
** Да, да, так и было, многочисленны упоминания об этом в художественной литературе XIX века, в частности у Салтыкова-Щедрина в «Пошехонской старине». Скорее всего, иностранцев это правило не касалось, да только кто разъяснит такие тонкости бедному парню, оказавшемуся в глубинке тогдашней России?
========== Глава 33. Дела давно минувших дней. Часть третья ==========
Внимание, пока не бечено!
К чести Джакомо, стоит отметить, что он не винил в своём отчаянном положении Марьюшку – то, что она не могла ничего поделать в сложившейся ситуации, он понял слишком быстро. Дарья, которая жила в монастыре в относительной безопасности, была слишком мощным средством воздействия на дочь. К тому же Джакомо продолжал любить Марьюшку и сделал ещё одну роковую ошибку – попробовал договориться с мучителем.
