– Ух! Спрашиваешь! – возводит Богдан глаза к потолку. – Сказка, а не девочка. А как она вчера разозлилась, когда почуяла в доме Милану. Думаю, до оборота совсем недолго осталось. Как бы над Варей не ворожили и не блочили её психоэнергетические выходы, а волчица в ней сильная живёт. Я поработаю ещё сегодня с малышкой. Позавчера у меня руки жгло, когда я каналы её открыть пытался. Будто над костром руки держал. А, смотри, всё равно немного пошла энергия.
– Варя не спала, когда мы игрались с ней.
– Кому, как не мне, знать об этом? – Богдан довольно ухмыляется, открывает бутылку молока и залпом выпивает её.
– Ну ты химик! Думаешь, Назар не заметил? – взбиваю себе яичный коктейль.
– Конечно, заметил. Если ты ещё не в курсе, он считывает Варины мысли. Спустил ей на спину и сразу очухался. Думаешь, он нас просто так выпроводил сразу?
– Не вижу смысла и дальше скрывать от Вари нашу сущность и намерения. – Ощущаю всем нутром, что Богдан со мной заодно. – Быть может, нам и удалось её убедить, что никаких собак она не видела, но более чем глупо внушать ей, что она вчера не стонала на весь лес от удовольствия.
– Согласен. Враньё отпугнёт её от нас сильнее, чем наша истинная сущность, учитывая, что волчица в ней уже подняла голову, – поглядывает в окно Богдан. – Пойду вместо зарядки дрова поколю. Как Варя проснётся, свистни.
Дожидаюсь, пока Богдан выйдет на улицу. Стягиваю штаны и наматываю на бёдра полотенце. Поднимаюсь с подносом к Варе в комнату.
– Просыпайся, маленькая соня!
Варя садится на постели и испуганно смотрит на меня. Я даже не понимаю, о чём мы говорим, стоит мне почуять оттенки страха в богатой палитре Вариного аромата. Ставлю поднос малышке на колени, чтобы не сбежала, и, не удержавшись, стягиваю одеяло, оголяя её по пояс. Хочу эту девчонку до одури, и от предвкушения вкусных поцелуев мой рот наполняется слюной. Припадаю к налитой груди. Варя напрягается, но не от удовольствия. Мне до боли обидно, досадно. Не хочу, чтобы она принимала меня, как неизбежность. Я волк, я самый сильный в нашей семье, пусть и не альфа. Вскакиваю с постели, убираю поднос на тумбочку и подминаю Варю под себя.
Она обнимает меня. Не боится, но и не тает от счастья, как ночью. Но уже то, что Варины руки обвивают мою шею – прогресс. Дышать с ней один воздухом – наивысшее счастье. Варино дыхание обжигает. Веду языком по её губам. Не выдерживаю и припечатываю вкусную малышку жадным поцелуем. Этим утром Варенька принадлежит только мне. В ушах звенит, а кровь яростным потоком несётся по венам. Скидываю одеяло на пол и, стянув полотенце, прижимаюсь к Варе всем телом. Землетрясение и ядерный взрыв ничто по сравнению с первым соприкосновением наших тел там, внизу. Варя напряжена, но не сопротивляется. Скорее, она озадачена и не знает, как себя вести. Мышцы её окаменели, тело пылает огнём.
Шепчу по слогам ставшее любимым имя:
– Варя! Варенька, любимая.
Снова раздвигаю языком её губы. Она для меня непостижима, желанна. Скажи Варя сейчас, чтобы я умер, и сердце моё остановится. Но она говорит совсем другое:
– Слезь, Алан! Прошу! Оставь меня, пожалуйста.
– Нет, лапуль. Никогда в жизни, – веду носом, вдыхая аромат её возбуждения. – Удивительная, сладкая, как мёд. Хочу тебя.
– Алан, ты… Вы хотите… меня все трое того… – Варя упирается мне в грудь ладонями, и румянец заливает её щёки. Я готов в этот миг разорваться для неё на сто волчат.
– Не бойся, кроха моя, мы никогда не сделаем того, чего ты не захочешь.
– Но вы уже это делаете, – Варя пытается выбраться из-под меня, но я без лишних усилий удерживаю её. Сладкая истома накатывает от банального трения наших тел. В голове шторм. Девятый балл. – Это неправильно. Я хочу быть только с одним из вас.
Покрываю поцелуями Варины плечи и, рассердившись, прикусываю тонкую кожу:
– Ты будешь принадлежать нам троим. Если Назар ещё не сказал тебе об этом.
– Ой, – вскрикивает Варя, потирая место укуса. – Можешь объяснить, что вообще происходит?
Играюсь с Вариной грудью и выкладываю козырного туза:
– Разве ночью ты ничего не поняла?
– Лишь то, что меня собираются трахнуть три чокнутых парня. И самое ужасное, что в тот момент я была уже не против.
Варя замолкает, и я нависаю над ней:
– Ты никогда не пожалеешь о своём выборе, лапуль.
– А он у меня есть?
– Закрой глазки и расслабься, – шепчу я, слезая с Вари и просовывая руку между её бёдер.
– А ещё говорят в Москве слишком вольные нравы, – Варя зажимается, но всё слабее и слабее. – Алан, вы правда не тронете меня, пока я сама этого не захочу.
– Клянусь тебе! – прижимаюсь лбом к её макушке.
Варя случайно дотрагивается до моего члена. Хватаю её за запястье и прижимаю Варину ладонь к раскалённому органу.
– Потрогай меня ещё, пожалуйста.
Варя робко обхватывает мою плоть. В глазах темнеет от удовольствия.
– Это какое-то безумие, – шепчет Варя.
– Ты наше безумие, наша сказка, наше всё, кроха вкусная, – мы сливаемся с ней в поцелуе.
