Тараканьи бега – 3 полностью

Но нет в жизни счастья: мне уйти не получилось. Едва я поднялся, рядом оказалась Ольга. Я думал, она начнёт хвастать успехом зачистки, а она, в процессе того, как мы дрались с чудовищем, заметила существенную подробность. И не одна она. Эльфийский рейнджер уже даже обсудила с ней оный нюанс, и они пришли к единому мнению.

В общем, тот звуковой удар, от которого наш стиратель, наверное, до сих пор не отошёл — вон, глаза по-прежнему совершенно шалые! — так вот, тот скрип, кажется является ещё и определённым сигналом. Потому что, когда девятиног его издал, все три шестинога резко изменили направление своих движений и со всех пересчитанных ног ринулись к своему боссу. А если учесть, что число сто одиннадцать (их общее здесь количество) ни в двенадцатеричной системе, ни даже в десятичной –знаковым не является, то…

— Хотите сказать, что сюда сейчас прёт ещё сотня-другая этих гадин⁈ — попытался перейти к конкретике я.

— Да, — кивнула Рилль.

— Ты такой умный! — невинно улыбнулась блондинка.

— Стразы! — тут же выкрикнул жадный гном. — Это ещё полсотни, а то и больше стразов!

— Нет, — отказал ему я. — Мы опаздываем. А потому…

Я ж говорил уже, что, когда волосы у меня встают дыбом, они и мозговые извилины подбадривают. Вот и сообразил — отправил ксану к выходу из болот в одиночку. Где для нас трясины и болотный ужас, для неё — почти природная среда обитания. Если иначе, если нам всем ещё километров десять-пятнадцать по топям топать, то это до вечера! А ей… Она прикинула и пообещала в полтора часа уложиться. Вот оттуда можем и двинуть уже сообща. Хотя… Чего уважаемому профессору, например, зря теперь ноги по буеракам ломать, когда во дворце пиво греется?

Ольга дослушивать нас не стала.

— Разбирайтесь. Я свою задачу уяснила, — кивнула она и ушла в воду. И только водоворотики от моноласта некоторое время делали заметным её стремительный подводный ход.

— Кажется, свою мы тоже… м-м-м… уяснили, — переглянулись эльфийки: — Как ты сказал? — «ломать по буеракам ноги»? Что ж, тогда хоть сил поднабраться надо, что ли… — и свалили во дворец. А там, ничего не отвечая на вопли орков, с синхронной высокомерностью поморщились на следы пивного разгула и, вскинув носы, удалились в выделенные им покои. Почивать.

(Кинжал асассина Майя вернула. Правда, при этом очень нетонко намекнула: «Захочешь мне дорогой подарок сделать — бегать по лавкам не спеши.» И ещё она посоветовала приглядеться к возвращённому оружию: «Это тебе от меня бесплатно». Я поначалу не понял, но, исполнив совет увидел: кинжал после убийства третьего подряд чудовища «уровня выше уровня локации» проапгрейдился: откат уменьшился вдвое. Что ж мелочь, а приятно!)

Перетаскивать зеленокожих в болота, выпало мне. И остаться при них тоже. Потому что по хлябям вокруг островка ещё оставалось валяться почти сорок неразделанных туш ольбрыгов, в которых по предположению почтенного учёного, пряталось не менее тринадцати стразов. Не говоря уж о мясе, шкурах и прочих печёнках-селезёнках. Не говоря уже о главном призе — туши девятинога. (Кстати, весь его скелет сразу забила себе Рилль. Я к тому времени уже описал остальным, какой натюрморт из черепов соорудила перед своим домом эльфийка, и, прикинув, как его оплетет многоногое чудище, никто конкурировать с ней в этом деле не стал.) И разделывали мы всё — в четыре руки, и ещё пять пар к нам их подтаскивали, ведь угроза, что ещё пара сотен шестиногов вмешается в процесс добычи полезных ископаемых, была очевидной. Вступать с ними в бой без Ольги не хотелось даже расчётливому мэтру. Хотя тому даже почти килограммовый страз из девятинога энтузиазма не исчерпал — он до последнего шестинога никуда уходить не собирался — таскал тела, покрикивал на Леслу, как-то даже умудрился устроить между мною и ею состязание, кто стразов добудет больше! Результат оказался неожиданным: когда разделывать начали мы оба, процент тел со стразами стал выше и у неё, и у меня, чем, когда она разделывала, а я таскал.

Надо бы проверить — важно только моё участие или это резонансность двух Золотых ударов? Но это уж потом. Всё-таки угроза появления ещё одной армии спрутов нервировала всех. Никаких экспериментов — работать негры, работать! Солнце ещё высоко.

Помимо того элитного страза — по размерам вроде бы даже крупнее теннисного мяча — всего добыли сорок четыре более мелких: от пятнадцати до двадцати трёх карат. Не так уж и много получилось. По четыре на душу только.

Больше часа ушло на всё про всё, но, благодаря оркам, успеть у нас получилось. Уже когда мы, мужской компанией сидели за пивом в бассейне (девушки, как только оказались во дворце — сразу ускакали к себе. Даже Лесла понежиться в переданных ей в личное пользование — во дворцовых! — апартаментах предпочла компании Стррига.) Так вот, мы уже успели бухнуться в бассейн, когда на карте нашего последнего боя высыпала рябь красных точек. Которые сначала обложили базовый островок, а потом потянулись по высвеченному на карте следу ушедшей Ольги.

У нас даже разговоры на время затихли.