— Дамы! — поднял я глаза на эльфиек. — Немедленно связаться с орками. Рилль — с Ветоггом, Майя — с Креттегом, я свяжусь с Оггтеем. Всё подготовить к немедленной эвакуации! Чтоб, в случае чего — уйти можно было моментально! — и перевёл взгляд на мэтра, но тот, без слов всё поняв, только углом рта дёрнул, и опять прижал обе ладони к земле.
— Принято! — дисциплинированно прозвучало от светлой, и через пару секунд те же слова, как-то недоверчиво донеслись и от тёмной.
Оггтей меня понял сразу. Но ведь и я перед отправкой сюда и инструктаж, как быть якорем отрядного телепорта, провёл, и как оно происходит, они уже и отнаблюдали, и сами на себе всё прочувствовали. Когда закончил с ним, тут же получил от эльфиек: «Сделано. Готово.»
Самая яркая красная точка за это время по направлению к нам продвинулась ощутимо. Но условия стресса меня никогда в ступор не вводили, а как бы не наоборот — подстёгивают мозговые извилины шевелиться усерднее.
— «Ольга, бросай мелких, нам нужно определиться с длиной щупалец босса. Сможешь?»
Оправдываться, что один приказ противоречит другому, не пришлось. Ответ был лаконичным:
— «Делаю! — и синяя точка, на волосок не добравшаяся до одной из трёх оставшихся мелких красных, резко начала от неё удаляться. Ксана только уточнила: — Задержать тварь? Она медленнее меня. Не догонит.»
— «Не обязательно. Успеваем. Критична длина! И сразу возвращайся. В любом случае, у тебя ещё три цели.»
— «Командир, — чуть иронично прозвучало в ответ, — ты, там, учти в своих планах мудрых, что я в срочной эвакуации не нуждаюсь. Если мне не драться, то босс здесь на мелководье гоняться за мной запарится, а тех троих я сама сожру.»
И я увидел, как переглянулись и покачали головами эльфийки. Да, этот простой факт от них тоже ускользнул.
— Мэтр! Ольга может и хочет остаться вместо вас, — озвучил я свежую информацию. — Остаётесь? Ведь, если то чудо-юдо обрушится на островок — оно, да, обжёгшись, отпрянет, но до того сомнёт и палатку, и Вас в ней.
— Думаю… — отозвался он.
— Мэтр! — внезапно подала голос Оннатаэлла. — Оставаться Вам здесь нерационально.
— Ишь, какие слова выучила! — пробормотал гном и прикрикнул на раздельщицу. — А ты чего опять замерла⁈ Работай! — а сам вскочил и направился к ближайшему плавающему телу: — Стрриг, за мной! Подтащим!
— Нет, — остановил я того. — Стрриг, ты можешь сейчас понадобиться мне. В бою. Встряхни лучше руки. Мэтр, Вы уж сами. И да, Вашим эвакуатором теперь буду я.
— Мэтр, я помогу! — неожиданно вызвалась наша княжна. И кинулась за ним. Профессор даже не удивился — только кивнул.
Мда… Неожиданно. Не только для меня. Для обеих аристократок–эльфиек явно тоже. Вон как, глазки распахнув, переглянулись.
Я ждал сообщения от Ольги. Многое будет решать именно оно. 25-уровневая хакарида была длиной в четырнадцать метров, графская гадюка — за сорок, царский треир — шестнадцать. У всех — приблизительно один и тот же вес. У ольбрыга должна быть мощная мантия — тот мешок, на котором блымают глазки, к которому крепятся щупальца и в котором вся его начинка — сердце, желудок и прочие печёнки-селезёнки. Основания щупалец у прежних головоногов тоже было внушительными, что понятно — это те самые мышцы, которые двигают всеми этими длиннющими плетями, но, вот, сколько массы останется на остальную длину щупалец, на сколько они могут протянуться…
— Рилль, по готовности выноси его глаза. Желательно ледяными стрелами.
— Слишком здоровый. Не проморозить, — предупредила она.
— Нам важно максимально снизить его подвижность. Хотя бы для того, чтобы можно было бы спокойно уйти.
— Принято.
— Майя, молния под запретом. У твари — естественный против неё иммунитет, хоть и не абсолютный, но у Ольги нет никакого.
— Мимо глаз я не промахнусь.
— Кожа у ольбрыга влажная — электричество уйдёт в воду.
— Но…
— Законов Ома для электрической цепи ты в школе не учила, а у меня по физике высший балл имелся. Глаз спруту ты молнией выжжешь, но у глазницы сопротивление наверняка высокое, и электричество уйдёт по легкому пути — по влаге в воду. И в Ольгу.
— Круглым отличником, что ли, был?
— Нет, — хмыкнул я. — Для сугубой округлости у меня ни куртуазии, ни прилежания не доставало.
(Но чтоб старые утюги чинить, той физики хватило.)
— Учту, — она сделала шаг ко мне и прямо мне в глаза полыхнула белым пламенем своих очей: — Я поняла, что ты задумал. Не выйдет.
— Почему?
— Во-первых у тебя мало опыта, а во-вторых, ты не успеешь, — и, ещё ближе наклонившись ко мне, улыбнулась всем красным пеклом своего рта: — Потому что я успею первой. А ты, — и она указала на Стррига: — Перетащишь ко мне его.
Значит, точно поняла. И права: я бы
— Стрриг, иди сюда, — подозвал парня к одному из черепов ольбрыгов. — Попробуй вонзить свой
Он без разговоров и пустых вопросов подошёл, отвёл руку назад, чтобы ударить мечом, почти как копьём.
— Нет, — остановил его я, — двумя руками сверху вниз.
