— Отряд — тоже фракция! — отмахнулся парень. — Продержимся шесть минут — и
— С допуском сладишь?
— Я⁈ — офигев, ответил парень тоном, какой был бы у русского мальчишки, которого спросили, сдюжит ли он стрельнуть из американской снайперки, Barrett M82, скажем. Или справится ли он без инструкции с последним айфоном. И выложили перед ним их оба.
— Действуй!
— Слушаюсь!
— Слушаюсь, командир, — подчёркнуто остужающе добавила в голос официоза студентка.
— Остальные, за мной! Мы на врата. Но, Майя… — не выдержал я смотреть на тупо моргающую чёрную дурищу. — Переоденься!
— «Значит, тебе понравилось?..»
— «Нет!»
— «… когда я переодеваюсь? — закончила предложение та. — Скажи правду.»
— За мной! — чуть громче, чем надо, скомандовала Рилль.
И их четвёрка понеслись к видневшемуся неподалёку радиальному проходу.
— За мной! Всем быть наготове. Креттег, лук! — побежал я вдоль стены в другую сторону, а тёмной стерве ответил: — «Некогда!»
— «Не соврал», — на бегу отметила удаляющаяся от нас экспертесса по лжи.
— «Особой искренности я тоже не услышала», — я и спиной увидел, как пожала плечами специалистка по правде.
Но догнала нас уже та, для которой скалящий молочные клыки детёныш чёрной пантеры, вцепившийся в наплечники кожаного доспеха, был в стиль.
Нет, орки — это орки. Грабить караваны, захватывать селения или даже штурмовать города — это для них, а постовая служба… Сколько я фильмов про средневековые города, крепости ни смотрел, так даже в те века стражники, как минимум, парами ходили, парами бдели. А здесь… Здесь на стенах стояли по одному на пролёт. Да и те… Хотя понять их можно: что сторожить в неприступном форпосте? Который возведён богом? Ну, кто будет закладываться на проделки другого бога? Или на то, что третий-четвёртый из их шараш… их пантеона тоже могут сделать кому-то свой дар? Или что у самого главного конструктора вдруг перед какой-то букашкой — точнее, перед каким-то двуногим тараканчиком — образуется небольшой должок?
Первого захихикавшего на неё орка зарезала тёмная, второго, проспавшего самое интересное, сняла Рилль. Эта искусница перебила стрелой ему гортань, и он просто съехал на землю, удачно притулившись к стене. Третий, увидя непонятную позу напарника, вместо того, чтобы просто заорать: «Тревога!», попёрся выяснять: а чего это с ним такое? И соответственно он вышел из поля зрения четвёртого, стоявшего с внутренней стороны врат. Любознательного охранника — тот всё хотел, не подставив приятеля перед остальными и начальством, выяснить, что же это с этим стряслось? — мы увидели первыми. Креттег — не виртуоз, как Рилль, но уж профессионал, во всяком случае, твёрдый, лук у него был наготове, а расстояние в тридцать-тридцать пять метров — зона уверенного поражения. Выкрикнуть чего-нибудь погромче и этот орк не успел.
Ну, а раз пошла такая пьянка, я не стал заморачиваться сложными планами, сдёрнул с него шлем, мы оторвались от внешней стены и, прижавшись к стене здания, которые составляли внутренний шестиугольник складов и гостиниц, подкрались к его углу — откуда, ещё чуть-чуть и будет виден внутренний привратный пост.
— Глянь! — кивнул я тёмной.
Она послушно шепнула: «Тс-с-с!» и перебросила мне на руки свою кошку. Характер у той — в хозяйку: послушаться — послушалась, но тонкие иглы когтей одной лапы пробили кожу моего доспеха и ощутимо впились в тело. Остальные три тоже как приклеились, но мою шкуру не тронули. Мол, скажи спасибо хозяйке…
А та опустилась всем телом на камень мостовой, змеёй скользнула вперёд, аккуратно выглянула и откинула два пальца — двое. Я показал, чтоб она спряталась, и, дождавшись, когда она отодвинулась, заехал укреплённым металлом шлемом в стену. Теперь Майя достала зеркальце. Выдвинула его за угол, убрала, показала один палец, встала, и у неё в руках появились метательные ножи. Я тронул Креттега, потом коснулся его лука, и по отрядной связи указал цель:
— «Твой — оставшийся. Только не попади в меня, — он непонимающе наморщил лоб, но мне некогда было с ним объясняться, я обратился сразу ко всем: — Сразу после — все к воротам! И держите их. Майя, те, которые за вратами — тоже будут твои!»
— «Не отвлекай!» — скривив губы, даже не шевельнулась в мою сторону она.
Её поза — вроде бы была спокойно расслабленной, но я в своей прежней жизни в ринге уже таких расслабленных видел — это высшая лига. Те, которые выходили в чемпионы. Нет, наблюдая за ней, я ничего не мог бы понять, но у меня в руках был её маленький клон, который боевое отрешение ещё не исповедовал. Котёнок вдруг уставился в ту сторону, где должны были находиться врата, выгнул спинку и зашипел.
— Тс-с-с! — прошептал я.
