Тарен-Странник полностью

Тарен задумался. Он помнил слова Смойта, что ссора двух князьков может всколыхнуть все королевство, и по-прежнему считал, что лучший способ уладить ссору – это найти Корниллу. Однако мысли его путались, как тканье Ордду, и он готов был позавидовать лежащему без сознания Смойту.

– Хутор Аэддана ближе, – решился наконец Тарен. – Отнесем Смойта туда и оставим с ним Гурги. А мы с тобой, Ффлеуддур, разыщем Гаста и Гориона и постараемся уладить ссору. Что до Корниллы и других коров, едва ли мы сумеем их найти.

Приятели, разорвав на полосы свои плащи, принялись перевязывать раны Смойта. Веки короля дрогнули, и он громко застонал.

– Дайте мне поесть! – выдохнул Смойт. – Мой желудок наполовину заполнен водой, но вторая-то половина пуста! Умирать голодным не по мне. – Он похлопал Тарена по колену. – Молодец, парень. Ты спас мне жизнь. Еще миг – и из меня получился бы отличный пудинг. Проси любой милости, все исполню.

– Мне ничего не надо, – быстро ответил Тарен, перебинтовывая широкую грудь Смойта. – Увы, то, чего я хочу больше всего на свете, не может мне подарить никто.

– Не болтай, – пропыхтел Смойт. – Я могу тебе дать то, что могу дать только я. А об остальном пусть позаботятся другие.

Он захотел встать, но Тарен удержал его.

– Сир, – попытался он урезонить неуемного короля, – вы сейчас не можете ехать с нами. Разрешите отправиться с вашими воинами и…

– Добрый хозяин! Слушай! – возбужденно закричал Гурги. – Рядом опаски!

Ллиан, видимо, тоже уловила какой-то звук, потому что уши ее навострились, а усы встопорщились.

– Это моя утроба взывает о мясе и вине! – захрипел Смойт. – Звук должен быть громким, потому что я пуст, как барабан!

– Нет, нет! – Гурги, ухватив Тарена за руку, потащил его к прибрежным деревьям. – Это не урчит и бренчит пустой живот! Гурги слышит не стуки и бряки, не молчалки, не кричалки, а настоящие мычалки!

Опираясь на барда, Смойт с трудом ковылял следом за ними. Гурги не ошибся. Необыкновенно чуткий слух не обманул его. Теперь и Тарен услышал слабую, низкую, тягучую ноту. Гурги уверенно несся в сторону звука. За деревьями открылась тенистая лощина, в которой бежал ручей. Тарен ахнул. Коровье стадо, окружив Корниллу, спокойно хрумкало траву.

– Будь я трижды пуст, это они! – взревел Смойт так громко, что половина рогатого стада обернулась и в тревоге уставилась на них, будто в их мирную компанию ворвался свирепый бык.

– Клянусь Великим Белином, – подхватил Ффлеуддур, – эта Корнилла мудрее любого из своих хозяев. Она увела стадо в самое укромное и тихое местечко.

Тарен подбежал к Корнилле. Она подняла голову, тихонько вздохнула и с терпеливо-страдальческим видом выкатила свои огромные глаза. Смойт, не обращая внимания на ушибы, торжествующе хлопнул в ладоши и зычным рыком подозвал своих воинов.

– Сир, позвольте отвести стадо на хутор Аэддана, – настаивал Тарен. – Да и ваши раны надо бы перевязать получше, чем это сделали мы.

– Веди куда хочешь, парень, – отмахнулся Смойт. – Главное, клянусь моими побитыми боками, мы их нашли! Теперь Гаст и Горион сами прилетят ко мне, как на крыльях! – Он подозвал двух всадников и приказал им отвезти лордам весточку о найденных коровах. – Скажите этим двум петухам, где я их жду! – прокричал он вслед посыльным. – И скажите, пусть объявят перемирие, раз уж коровы нашлись!

– Гурги нашел их! – дико прыгая, вопил Гурги. – Да, да! Смелый, умный, прислушливый Гурги находит все, что теряется, о да! – Он сам себя обнял длинными лохматыми руками и, казалось, вот-вот лопнет от гордости. – О, барды будут петь об умном Гурги свои громкие бренчалки-величалки!

– Наверняка будут, мой верный друг, – улыбнулся Тарен. – Ты нашел стадо. Но не забудь, что нам предстоит еще иметь дело с Гастом и Горионом, а Корнилла всего лишь одна.

Коровы поначалу ни за что не хотели покидать уютную лощину, но после долгих уговоров Тарену удалось все же увлечь Корниллу на хутор Аэддана. За ней потянулось и все стадо. Коровы шли медленной длинной вереницей, мыча и вскидывая рога. Воины Смойта и сам король ехали по обеим сторонам стада. Рыжебородый Смойт размахивал копьем, будто это был посох гуртовщика. Ллиан неслышно перебирала мягкими лапами, а Гурги гордо устроился на спине Корниллы, эдакий лихой лохматый наездник.

Когда впереди показалась хижина Аэддана, Тарен галопом помчался вперед, громко окликая хозяина. Но не успел он спешиться, как дверь резко распахнулась. На пороге стоял разъяренный Аэддан с заржавленным мечом в руке. Тарен мельком заметил, что за спиной крестьянина Аларка вытирает фартуком заплаканные глаза.

– Вот как ты отплатил мне за добро? – закричал Аэддан. Глаза его сверкали, ржавый, наверняка дедовский меч устремился острием в сторону подъезжавшего отряда воинов. – Ты привел еще и этих, чтобы затоптать мою землю? Убирайся! Это уже сделано другими!

– Что сделано? – опешил Тарен, потрясенный словами того, кого считал своим другом. – Я приехал с королем Смойтом и его людьми. Мы пытались примирить Гаста и Гориона…