Он сидел так рядом, что я чувствовала тепло его тела. Такой спокойный сейчас, что мне стало радостно от того, что я всё-таки смогла его отвлечь.
Время ползло к четырём утра, когда закончился фильм. Я убрала ноутбук, не зная, чем же ещё его занять.
— Спасибо, — прошептал он, положив голову на мое плечо, и уткнулся носом в острую ключицу, от чего у меня сбилось дыхание, а сердце затрепетало так быстро, что он наверняка слышал его бешенный стук.
— Все нормально, — я робко дотронулась кончиками пальцев до его волос, чуть прошлась по ним, а он, словно кот, потянулся навстречу к моей руке.
— С тобой так спокойно, — он поднял голову и посмотрел мне в глаза. Его взгляд говорил намного больше, чем любые слова. И в этот момент я поняла, как сама нуждаюсь в нем. Как боюсь потерять эту непонятную связь. Ведь кто мы друг другу? Он мой учитель, человек, который старше меня на девять лет. Да, я уже совершеннолетняя, но разница в возрасте от этого никуда не уйдёт.
И стало так грустно от того, что я никогда не смогу быть с ним, ведь мое влюблённое сознание уже рисовало картины совместного будущего. Мне хотелось жить этими сладкими грезами, в которых он принадлежит только мне.
— Что между нами происходит? — не выдержала я, поймав его недоуменный взгляд.
— А что происходит?
— Наши отношения изменились! — воскликнула я, словно он не понимал очевидного. — Мы по-другому общаемся, проводим время вместе, разговариваем по телефону… целуемся! Это ведь неправильно!
— А что для тебя правильно? — нахмурился он и встал со стула. — Тебе нужно чтобы я был твоего возраста? Или имел другую профессию?
— Это неправильно! — повторила я, замечая, как по щекам текут слезы. — Я не хочу быть спокойным местом, в которое ты будешь приходить, когда тебе плохо. Не хочу быть той, кого ты сам целуешь, а потом пропадаешь!
— Все не так!
— Я не хочу гадать, все ли с тобой хорошо, ждать, когда перезвонишь! Мне тоже нужно спокойствие! Я даже не знаю, что у нас за отношения такие?
Он тяжело вздохнул и прошёлся рукой по волосам, взъерошивая их.
Теперь он явно не думал, что со мной спокойно. Я понимала, что скорее всего все испортила, но и держать в себе эти мысли больше не могла. Ещё чуть-чуть и меня бы просто разорвало от них.
— Я не знаю, — прошептал он, присаживаясь обратно на стул. — Мне с тобой комфортно, я даже забываю, что ты моя ученица.
— Но я все ещё остаюсь школьницей, — я уткнулась лбом в ладони, пытаясь собрать мысли. Но то ли от волнения, то ли от выпитого коньяка, я не могла четко выразить свои думы. — У меня слишком мало опыта в таких делах, поэтому я всему придаю большее значение, чем ты.
Он затих, не зная, что мне ответить. И я его не винила. Между нами пропасть в девять лет. Годы, за которые он наверняка пережил больше отношений, чем я. Возможно, для него в порядке вещей поцеловать девушку, а потом общаться с ней, как ни в чем не бывало.
Но я так не могу.
Мне нужна конкретика. Нужно чётко знать, что между нами, кто он мне, и что ждать от отношений.
Возможно поэтому и прекратились мои первые отношения? Я слишком много требую?
Но что я могу с собой поделать, если все эти мысли рвутся наружу. Что без четких границ я… не могу.
— Что ты сейчас хочешь? Тебе нужны ответы на вопросы, но я сейчас не могу что-то сказать. Возможно это ошибка, а возможно из этого что-то да выйдет. Я также, как и ты, боюсь нового.
— И что ты предлагаешь? — я до боли закусила нижнюю губу, чувствуя солоноватый привкус крови.
— Возможно стоит подождать, — выдохнул он, — Дай мне немного времени.
— Просто подождать, — эхом отозвалась я и фыркнула, понимая, что он пытается слиться. — Лучше не надо тогда дополнительного времени, Андрей Викторович. Раз вы неуверенны сейчас, то…
Я не закончила, но он все понял. Встал со стула и поплёлся в прихожую. Мне хотелось встать и побежать следом, но меня как будто приклеили к этому стулу. Я сидела неподвижно, слушая, как он шаркает обувью, как застегивает молнию на куртке, как возится с замком.
И как еле слышно хлопает входная дверь.
Меня тянуло за ним, хотелось вернуть его и пообещать золотые горы, лишь бы не уходил. Хотелось прижать к себе настолько сильно, чтобы чувствовать телом его биение сердца.
Но я понимала, что если сделаю так, то сама буду потом страдать. Потому что мне захочется большего, а не факт, что это устроит его.
Поэтому лучше прекратить это все сразу. Пока не так сильно привязалась. Пока не так сильно больно.
Но почему-то не отпускало ноющее ощущение, будто я теряю нечто важное и необходимое.
========== Глава 17. ==========
Остаток каникул тянулся, казалось, целую вечность. А все из-за того, что я где-то умудрилась простыть, тем самым приковав себя к кровати. Мне не хотелось с кем-либо общаться, и я умело прикрывалась своей болезнью, отваживая от себя «гостей».
Женя переживала за меня и была крайне возмущена тем, что я не подпускаю её к себе. Она постоянно писала, звонила несколько раз в день и не оставляла попыток навестить меня.
Но я держалась в стороне.
