— Мы виделись последний раз в твой день рождения, а потом ты пропала. Ладно, я понимаю, что ты ездила повидать бабулю, но потом же могла встретиться со мной.
— Ты же знаешь, я болела, — я старалась придать голосу уверенность, но она куда-то пропадала, прячась от обиженного взгляда Жени.
— Вот только не начинай, — фыркнула она. — Я не растаяла, если бы навестила тебя. С тобой что-то происходит, но ты держишь все в себе.
— Жень, прости, но мне и правда нужно тебе кое-что рассказать, — я проглотила ком в горле, собираясь начать, но меня прервал звонок на урок. — Слушай, это довольно-таки серьезный разговор, может зайдём ко мне после уроков?
— Точно? Или ты просто пытаешься улизнуть? — она с недоверием окинула меня хмурым взглядом.
— Я обещаю тебе! А сейчас идём на урок, пока математичка не начала перекличку.
Она кивнула, и мы пошли на алгебру. Я видела, как Женю пробирает любопытство, но она терпеливо ждала окончания уроков, общаясь со мной на нейтральные темы. Я была очень благодарна ей за это, ведь в школе совсем не та обстановка, в которой нужно сообщать столь сногсшибательные новости.
После шестого урока мы вышли на парковку позади школы, где я оставила свою малышку. Её опять занесло снегом, поэтому мы сначала принялись очищать её от снега, пока в это время прогревался аккумулятор.
До моего дома мы ехали без разговоров, потому что я специально погромче включила ритмичную музыку, которая ярко контрастировала с напряжением, царившем в машине.
— Ну, рассказывай, — первой подала голос Женя, пока я разливала по тарелкам разогретый суп.
— Перед тем, как уехать к бабушке, я кое-что узнала, что касается нас обеих, — начала я, присаживаясь за стол, стараясь не смотреть в глаза подруге.
— Не тащи кота за яйца! — возмутилась она, когда я замолчала, пытаясь подобрать нужные слова.
— Жень, мы переехали в одно и то же время, с одного города, — я плавно подводила её к правде, чтобы она сама додумала окончание. — Ты живёшь с мамой, к которой приходит отец Павлуши, а я с папой, который часто берет ночные смены. А ещё моего отца зовут Василий. Ты понимаешь, к чему я веду?
— К чему? — Женя нахмурилась, сопоставляя факты, а потом её лицо вытянулось в понимании. — Дерьмо! Тась, это правда?
Она подскочила на ноги и заходила по кухне, держась при этом за голову. Я прекрасно понимала её состояние, ведь сама недавно была в подобном.
— Это правда, — кивнула я, отхлебав из ложки горячего бульона. — Представь мой шок, когда я увидела своего отца с Пашкой. Они же ещё так похожи!
— Я сплю, — Женя ущипнула себя за руку и вскрикнула от боли. — Нет, это не сон! Господи! Твоя мама… если Пашке уже почти три, а твоей мамы не стало меньше года назад, то…
— Моя мама все знала. И о твоей маме, и о Паше. Это я ничего не знала о своей семье, — горько усмехнулась я.
Я ей поведала все с самого начала, периодически отвлекаясь на её удивленные и не всегда цензурные возгласы. Казалось, что она восприняла эту новость острее, чем я, но скорее всего дело было в том, что она гораздо эмоциональнее меня. И не держит все в себе.
— Мне необходимо покурить! — констатировала она, после того, как я закончила свой рассказ.
— Аналогично, — согласилась я, от чего она ещё больше удивилась, но ничего не сказала на этот счёт. Молча смотрела на то, как я веду ее на балкон, на котором я ещё недавно курила с Андреем Викторовичем, как поджигаю сигарету и выдыхаю тонкую струю дыма.
А потом она рассмеялась.
Истерично, заливаясь этим смехом на весь двор. Закидывая голову назад, сильно раскрасневшись, от чего цвет кожи почти сливался с цветом волос. И если поначалу я смотрела на неё, как на сумасшедшую, то потом присоединилась, заразившись её истерикой.
— Это что выходит, — сказала она, вдоволь насмеявшись. — Ты моя сводная сестра? Если наши родители поженятся, то мы будем жить вместе. А я уверена, что в ближайшем будущем так и будет.
— Почему? — удивилась я.
— Ну, смотри! Василий твой не делал маме предложения лишь по одной причине! Потому что ты не знала о том, что они вместе. Он жил на две семьи, но раз теперь все и все знают, то…
— В ближайшем будущем мы погуляем на свадьбе, — я закончила её мысль, понимая, что так все и будет.
— Пойдём, сестренка, задубела я курить на балконе. Кстати, какого черта, Тась? Я думала, что сигареты остались в той поездке.
— Это моя первая пачка, — повторила я то, что недавно сказала учителю, ощущая эффект дежавю.
— Первая пачка, — передразнила она меня и шутливо пихнула в плечо. — Знаю я такую первую пачку. После неё всегда идёт вторая, третья. И в итоге ты не заметишь, как скрываешься ото всех целый год.
— Это ты куришь год?
— Ага, — согласилась она.
Женя хотела что-то ещё добавить, но её перебил звонок моего мобильного. А так как она шла первее меня, то раньше увидела имя звонившего.
