— Конечно нет, — махнул рукой отец и продолжил вместо Веры Ивановны. — позже мы встретились в метро, совершенно случайно. Разговорились. Как оказалось, нам было ехать до одной и той же станции. Тогда я проводил Веру до дома в первый раз.
— Ну, а после уже, как у всех все пошло: цветы, прогулки, кафе и рестораны, — Вера Ивановна легко улыбнулась, вспоминая прошлое. — Кстати, Вась, мы с тобой уже сто лет никуда не выбирались!
— Выберемся, — он подмигнул ей и вернулся к трапезе.
Дальше разговор легче пошёл. То ли от выпитого вина, то ли от того, что я сама стала проще к ней относиться. Женщина вроде неплохая, мне с ней делить нечего. Отца она уже и так забрала.
Когда наши родители ушли проверить Павлушу, который не пожелал сидеть на кухне со взрослыми, Женя плеснула нам ещё винишка.
— За предков? — предложила она, протягивая мне бокал.
— За них, — согласилась я, разом осушив осушив свой бокал. — Жень, а почему ты мне сразу не сказала, что физичка, — я глянула на дверь, удостоверившись, что Вера Ивановна не слышит меня, — это твоя маман?
— Мне было… стремно? — она пожала плечами, не найдя лучшего объяснения. — Да и к слову не пришлось.
— К слову не пришлось, — передразнила я её, за что получила меткий удар в плечо. — Ауч!
— Евгения, ты дерёшься? — в этот момент в проеме двери появились наши родители с Павлушей, который забрался к отцу на спину.
— Нет, — протянула она, невинно хлопая глазами, и пнула меня ногой под столом.
Они сели за стол и разговор возобновился. Папа взялся за бутылку, чтобы разлить по бокалам остатки, но обнаружил лишь пару капель на дне. Он метнул в Женю удивленный взгляд, но не стал выдавать юного алкоголика Вере Ивановне.
Я почти выпала из разговора, лениво ковыряясь в тарелке, когда услышала знакомое имя. Я невольно выпрямилась и поджала губы, прислушиваясь к разговору.
— Да, он неплохой учитель, — согласилась с Женей Вера Ивановна. — Мои восьмиклассники от него в восторге, да и ты о нем хорошо отзываешься.
— Тасе он тоже нравится, — выпалила Женя, а я едва не подавилась горошком от неоднозначности ее фразы. Она подняла брови, словно не поняла, что сейчас сказала, и продолжила. — Да и за наш класс он впрягается.
— Я его, кстати, видела сегодня после школы, — Вера Ивановна мягко улыбнулась. — С девушкой и ребёнком был. С женой, скорее всего. Хотя, поговаривают, что он не женат, но как же тогда ребёнок?
— Вера, мы с тобой тоже не женаты, но у нас есть ребёнок, — напомнил отец.
— И то верно, — согласилась она. — Хорошенькая такая девчушка у них, чуть старше Павлуши нашего…
Дальше я уже не слышала. Извинилась перед всеми и ушла в ванную комнату, держа в себе слезы до последнего. Как только дверь захлопнулась за мной, они побежали по щекам горячими струйками, теряясь за воротом платья.
С женой, скорее всего.
Такая хорошенькая девчушка.
Её слова оседали пеплом в голове, и я смотрела на своё жалкое отражение в зеркале. Вспоминая резинку для волос, которую он мне отдал, когда мы были на турбазе. Розовая, с фигуркой божьей коровки. Ещё тогда я задалась вопросом, чья она, предположила, что он женат. А потом это вылетело из головы.
Но как же он тогда со мной целовался? Да и вообще…
Странная ситуация вырисовывается. В которой он либо изменщик, либо…
Мне не хотелось додумывать, строить теории. Не я ли решила от него отказаться? Так чего сейчас слезы лить? Это его жизнь и его… «девчушки».
Но только от этой мысли все внутри сжалось в комок, словно мне за ужином подсыпали яд. Он разрушает изнутри, отрезвляет. Сводит с ума.
Нашептывает, что проник в меня гораздо глубже, чем я думала.
И имя этому яду — Андрей Викторович Суворов.
========== Глава 19. ==========
Бытует мнение, что в период новогодних праздников люди больше подвержены депрессивным состояниям. Кто-то отчаянно бегает по магазинам, пытаясь на последние деньги купить подарки всем родственникам, кто-то переживает, что не выполнил и половины из того, что планировал сделать за год. У каждого своя причина нервозности.
У меня она тоже была.
— Пап, я не хочу встречать Новый год с Одинцовыми! — воскликнула, в спешке собирая сумку на работу. — Это семейный праздник, а они не моя семья! Ладно Женя, она моя подруга, но Верочка твоя… — я не смогла подобрать слов, поэтому издала странный звук, похожий на рычание.
— Вера всего лишь хочет тебе понравиться! — он гнул своё уже пятнадцать минут, за которые я успела пообедать и переодеться.
— Я не хочу, чтобы она мне нравилась! — я громко протопала в коридор, надевая на ходу тёплую куртку. — Мне хватает её взглядов на физике! Правда, пап, хочешь иди к ним, а я посижу дома. Мне не хочется сидеть там полночи и выслушивать, что мы выпили на бокал больше нормы.
— Но тогда вы сами допили остатки, — напомнил он, когда мы с Женей втихушку допили вино. — Пожалуйста, подумай ещё раз. Впереди ещё три дня, за которые ты сможешь, я надеюсь, изменить своё мнение.
— Не думаю, — я тяжело вздохнула и посмотрела на отца уставшим взглядом. — Ладно, я подумаю. Но ничего не обещаю!
