– Она не такая, как ты. Мне с ней легче. Эмма никогда не пилила меня, всегда поддерживала, давала советы. Ты же вечно в каких-то проблемах, тебе постоянно было некогда. И вообще, Макса ты всегда любила больше, чем меня. Так что, если ищешь того, кто во всем этом виноват, то просто посмотри в зеркало.
– Так, мадам, ты вроде бы куда-то собиралась? – Стеша двинулась в ее сторону, пока я пребывала в оцепенении после таких откровений.
– А вам какое дело? – Моментально окрысилась Варя. – Я вас знаю по фотографиям, так что вы мне не авторитет.
– Тебе и мать родная не авторитет, – хмыкает старшая сестра, – так что я особо не расстраиваюсь. К тому же, вот кто, а я действительно люблю больше своего племяша. И знаешь что? Тут не мать твоя виновата, что ты выросла такой циничной гадиной. Просто у нас это семейное, понимаешь? У нас паршивой овцой всегда была Эмма, а здесь ты. Так что ты смирись с этим, дорогая.
Варвара с психами и истерикой хватает свою сумку. Хочет что-то сказать, но побаивается, потому что она действительно плохо знает Стешку и то, как она среагирует на ее выпады. А бить вслепую и не зная оппонента всегда чревато последствиями. К которым Варя в силу своего возраста пока еще не была готова.
– Тебе как, вещи с окна выкинуть или сама вынесешь? – Сестра демонстративно открыла дверь. – Живее, Варя, живее. Нам с твоей мамой есть о чем еще поболтать. И это намного серьезней, чем истерики зарвавшейся малолетки.
Варвара презрительно обводит нас взглядом и фыркает, направляясь на выход. Не верю, что все это происходит на самом деле. Я вместе с сестрой выгнала собственную дочь из дома.
– Так, теперь ты, – Стеша жестом указывает мне на кухню, – я хочу знать все до последнего. А именно, какого черта здесь происходит?!
Глава 9
Стеша молчала, пока я изливала ей душу. Не проронила она ни слова и после. В наших чашках давным-давно остыл чай, мама успела отзвониться и рассказать, что они с Максом вышли на прогулку в центр. А сестра как сидела каменным истуканом, так и продолжала сидеть. Ни единой реплики, ни единой эмоции. Пустейший взгляд и то, был устремлен в окно, но не на меня.
На самом деле ничего я уже не ожидала. Просто устала нести этот груз в одиночку, когда даже поделиться не с кем. Ни одна живая душа даже не догадывалась о том, насколько мне плохо. Насколько сильно я задыхалась порою от безысходности. Иногда мне даже казалось, что вот он, мой предел. Что дальше плюнуть уже нереально. Но новый день или месяц убеждали меня в обратном и неприятности продолжали сыпаться, словно из рога изобилия. Я отчаялась высматривать свой лучик света в этом мраке. А после случившегося… надо мной будто захлопнули крышку, как над Славой и я не знала, кто или что вобьет последний гвоздь и, тем самым, оборвет мои мучения.
– Почему ты ничего не сказала? – наконец-то слышится голос сестры.
– А смысл? – горько усмехаюсь в ответ.
– Смысл? – Стеша бьет ладонью прямо по столу. – Смысл?
– Да, он самый. Ну, рассказала бы я вам истинную причину нашего развода и что дальше? Думаешь, если бы мама или ты начала промывать им мозг, их бы это остановило? Они бы одумались? Все обо всем забыли и разошлись по своим домам? Нет, Стеш, такого бы не было бы. А знаешь, что бы было? Вы бы поохали, пожурили их, возможно, некоторое бы время не общались. Но потом все равно бы свыклись с этим. Потому что для мамы и папы мы так и остались детьми, они не могут встать на одну чью-то сторону. Не могут разорваться и отказаться от одной дочери. Я знаю, о чем говорю, потому что у самой есть дети. И даже не смотря на отношение Вари ко мне, я ее не вычеркну из своей жизни. Понимаешь? Я не хотела ставить родителей перед таким тяжелым выбором. А что касается тебя… уж извини, но ты и так живешь, словно мы давно не сестры. Поэтому, да, я не видела смысла звонить и жаловаться.
– Понятно. – Кивает она мне в ответ и больше ничего не говорит.
В этом вся Стеша. Она не любит размусоливать, читать нотации. То, что она вчера дала слабину и показала слезы – единоразовая акция. Она или высказывает все сразу, не беспокоясь о твоих чувствах, или же молчит. Как сейчас. И в этой давящей тишине ты сам себя успеваешь обматерить и почувствовать жалким человеком на этой планете.
– Обиделась?
– На последнее предложение? Нет. – Сестра подпирает подбородок одной рукой и пристально смотрит в мою сторону. – Но я рада, что ты теперь подмечаешь такие вещи. Жаль, что при этом, Эля, ты до сих пор стараешься всем угодить, ведь это привело к тому, что мы сейчас имеем. Будь ты хоть капельку похожей на меня, будь у тебя хотя бы крупица здорового эгоизма, все было бы иначе. Но тебе просто удобно так жить. Плевки с лица вытерла, дерьмо с головы смыла и приготовилась дальше жевать сопли.
– Не правда.
