Вытаскиваю причиндалы и немного промахиваюсь. Тут еще и света нет.
Слишком темно.
– Тиган?
Вздрагиваю. Ну вот, обмочил тут все. Отец возникает у меня под носом.
– Могу я узнать, почему ты мочишься в цветы моей жены?
Я засмеялся и полил все вокруг.
– Ладно… заканчивай и ложись спать.
Уже три часа ночи.
– А… Елена?
– Она только что поднялась, – бросил он, не заметив, что я только что говорил.
Прячу причиндалы и застегиваю ширинку.
Отец стоит рядом в ореоле ослепляющего света. Ухожу.
– Тиган? Куда ты собрался? Дверь там.
Слышу, как он смеется.
– Хорошо провел вечер с Еленой?
– Да…
– Тем лучше… Ну что, пошли наверх? Или можешь спать в гостиной.
– М-м-м…
Я пойду наверх, хочу спать со своей львицей.
Давай, чувак. Лезь, мать твою!
– Хотя… В гостиной тоже неплохо. Завтра поднимешься, ладно?
Отталкиваю его.
– Ладно, ладно. Тогда поднимемся. Давай я тебе помогу.
– Пить? Думаю, нет… Рвота? – спрашивает отец.
Да, я ужасно хочу блевать. Это все Бенито и его дерьмовая привычка мешать все подряд. Больше не буду его слушать этого идиота.
– Туалет напротив. Дверь открыта. Ты справишься?
– Да.
Он похлопывает меня по плечу и встает.
– Засыпай. Завтра у тебя будет ужасное похмелье…
– Где же Елена?
Молчание.
– В своей комнате.
Почему? Я хочу пойти к ней, но комок застрял у меня в горле.
– Тиган, ты меня слышишь?
– Ммм…
– Что происходит между тобой и Еленой?
– Тиган?
Молчание. Он толкает меня плечом. Я пытаюсь увернуться, но слишком медленно.
– Проваливай, черт, я пьяный, но я не идиот.
Слышу, как он уходит.
Отлично… Подожду немного и пойду к ней.
На бегу закрываю рот рукой.
Буквально опустошаюсь, жутко болит живот.
Выплевываю жидкость – то дерьмо, которое я пил с Бенито.
Никому не нравится торчать в сортире посреди ночи. Вздыхаю, внутри меня все горит. Хватаю туалетную бумагу и вытираюсь, потом сажусь на край ванны.
Наверное, посижу пока здесь. Голова дико кружится. Закрываю глаза, но все вокруг ходит ходуном, как будто земля раскалывается.
Вот почему я предпочитаю курить, а не пить. Признаю, что и пить, и курить одновременно было не очень хорошей идеей.
Кажется, полегчало. Перевожу дыхание и продолжаю блевать, положив руку на унитаз и вытянув перед собой ноги.
Вспышка ослепляет меня. Рефлекторно поднимаю руку, чтобы защититься.
– Тиг…
– Тиган? Ты меня слышишь?
– Ммм…
Молчание.
– О! черт, воняет.
Слышу плеск воды, и это заставляет меня открыть глаза. Я все еще пьян, вокруг запачкано, и все движется, будто я сошел с ума. Проклятая ванная стала в милю длиной, пока я валяюсь на полу.
– Тебе плохо?
Елена… Где она? Ищу ее и, в конце концов, поворачиваю к ней голову.
– Напился.
Она сдвигает брови.
– Молодец, – сказала она.
– Спасибо.
Мой рот с трудом выпускает искаженные слова. Она хихикает, а я закрываю глаза.
– Снимай футболку!
Поднимаю брови, не успевая снова открыть глаза. Чувствую, как она дергает меня за одежду, но я сопротивляюсь.
– Я пьян. Львица, ты же не хочешь мной воспользоваться?
Она смеется.
– Я не хочу вытворять с тобой всякие гадости, ты же сам себя заблевал, придурок.
– О… как мерзко, черт, – хриплю я.
– Подними руки. Давай, еще выше.
Пытка.
Футболка снята.
– Ты и джинсы заблевал…
– Почему ты не вернулась?
– Что? – спрашивает она.
Рычу. Открываю глаза и смотрю на нее.
Мне приходится несколько раз моргнуть, чтобы увидеть ее четко.
– Прошлой ночью, почему ты не вернулась, я хотел спать с тобой.
Она хмурится и смотрит куда-то в сторону.
– Я… не знаю. Я испугалась.
– Меня?
– Какого черта, Елена?
Выпрямляюсь и хватаю ее щеки, чтобы она посмотрела на меня. Я больше ничего не вижу вокруг, только ее печальное лицо. Она покачала головой.
– Не знаю, – прошептала она.
Открываю рот, но заговорить не получается.
– От тебя ужасно воняет, – говорит она через некоторое время.
– Ну и ладно!
Она смеется, и я чувствую, как она теребит мои джинсы.
Я положил руку на ее плечо.
– О!
