Она опускает глаза и хихикает.
Опускаю ее на пол.
– Все еще больно? – спрашиваю я.
Она хмурится, но не теряет улыбки. Мне это нравится.
– У меня везде в основном болячки…
– Ну что ты, львица, – усмехаюсь я.
Она пихает меня и целует. Нет никакой логики в том, что она только что сделала, но мне тоже нравится.
– Пойдем в душ? Мы еще не опаздываем на занятия…
Последний день занятий перед Днем Благодарения. Была бы моя воля, я бы остался дома с львицей, но Елена «слишком прилежная ученица» не хочет прогуливать даже последний урок.
Уже несколько недель одно из ее предложений снова и снова вертится у меня в голове, но она маринует меня, как сельдь в банке, не переходя к действию. Когда она говорит: «Пойдем в душ», для меня это означает, что мы вместе идем в душ. Но нет, для нее это значит, что мы каждый по очереди принимаем душ.
Я пытался добиться своих целей, но с Еленой Хиллз вообще нет возможности ни о чем договориться. Она послала меня к черту, и с тех пор я моюсь один, как придурок. Ну, нет, не совсем один – с моим вставшим членом.
К счастью, мой внутренний зайчонок может воспользоваться моментами, когда отца нет поблизости, чтобы слиться в объятиях с львицей. Но я одержим тем образом: мы вдвоем под струей горячей воды – постоянно думаю об этом. Уже вижу, как мои руки скользят по ее изгибам, чувствую запах геля для душа, распространяющийся вокруг нас. Представляю себе ее ноги, пока она прижимается ко мне, и ее спину, прислоненную к стене.
– Мистер Доу!
Подскакиваю от неожиданности.
– Вы слышали хоть одно слово из того, что я только что сказал? Или сон кажется вам интереснее?
Мне очень хотелось ответить: «Тише, я ведь пытаюсь уснуть, придурок», но ничего не происходит, а я замер на месте. Он смотрит на меня, постукивая деревянной линейкой по своей ладони.
– Очень хорошо! – добавляет он. – Идите сейчас же в секретариат и храпите там.
Пожимаю плечами.
Отодвигаю стул и, подхватывая сумку, ухожу с урока. Знаю, Елена будет злиться, но сегодня я не могу сделать ничего лучше.
В коридоре никого.
Запасная дверь широко открыта, и я прохожу на бейсбольное поле. Сажусь на трибунах и достаю сигарету. Пока дым поднимается к небу, набираю Елене сообщение:
«Встретимся после звонка».
Она сразу же отвечает мне:
«Ну и бунтарь! О тебе еще заговорят».
Смеюсь. Похоже, у меня тоже есть какая-то репутация. Утром на стоянке, пока я неторопливо курил сигарету, глядя на Елену с двумя незнакомыми мне телками, какая-то девчонка налетела на меня на полном ходу. Эта идиотка, похоже, считала ворон по дороге. Я чуть не проглотил из-за нее сигарету и выругался, в этом нет ничего страшного, я даже не оскорблял ее, но она зарыдала и убежала. Елена просто убила меня взглядом, как и все присутствовавшие девушки. Я не вернул ее только потому, что Елена предупредила меня в тачке: никаких подозрительных выходок в последний день перед Днем Благодарения, не нужно привлекать внимания. На что я возразил, что с моей рожей это будет не просто – и похоже, мое предсказание сбывается.
С трибун вижу, как несколько парней выбегают на поле. Скорее всего, ублюдок, которого я ищу, здесь. Сколько их там? Восемь. Очень много на одного. До нужного парня я могу так и не добраться, поэтому просто смотрю, как эти жирные придурки тренируются. Слышу, как они кричат и смеются.
– Чувак, это мое место, – слышу я через некоторое время.
Пока давлю сигарету, поднимаю глаза и замечаю парня чуть пониже. Я его уже видел, но где? Повисла тишина, пока он таращился на меня, потом устало вздохнул.
– Шутка. Мы ведь знакомы, правда, хилячок? – посмеивается он.
Он не носит форменную куртку, так что я запросто от него отделаюсь. Игнорирую его и, чтобы яснее дать понять, что мне все равно, просто наблюдаю за игроками на поле внизу.
– Эй, ответь мне! – бросает он.
Показываю ему средний палец, и кажется, ему это не нравится. Я уже видел его лицо.
– Ты серьезно?
Вибрация мобильника напоминает мне о приказе не высовываться.
Сообщение от львицы:
«Звонок прозвенел, ты где?»
Черт, я и не заметил, как прошел час. Парень смотрит, как я встаю, и я чувствую, как он провожает меня взглядом.
