Теряюсь всякий раз, когда на мне фокусируется внимание. Во мне больше ничего не работает, и я вынужден абстрагироваться от всего, что окружает. Поэтому я делаю единственное, на что способен, – иду в конец класса.
Учительница хватает бумаги со стола и просматривает их, пока я поворачиваюсь к ней спиной. Избегаю всех обращенных на меня взглядов, улыбок и кивков.
– Представьтесь классу, прежде чем сесть, – приказывает учительница сухим тоном, когда я прохожу половину класса.
– Я вас попросила представиться! Где вы, по-вашему, находитесь?
Останавливаюсь посреди класса и оборачиваюсь, чтобы посмотреть на нее. Эта настойчивая дамочка теряет всякое терпение. Смотрю на нее еще секунду и снова поворачиваюсь к ней спиной, иду дальше под смех нескольких учеников.
Слышу «он же псих…», «посмотрите на лицо учительницы». Поднимаю глаза, встречаю несколько взглядов, выражающих ненависть и восхищение, замечаю два свободных места в последнем ряду. Не раздумывая, сажусь на то, что справа от меня. Плюхаюсь, волоча сумку по полу.
– Ладно, хватит, назовите мне свое имя и ступайте прямиком в секретариат! – восклицает учительница, быстро шагая ко мне.
– Ваше имя! – настаивает она.
Не смотрю на нее, сосредотачиваюсь на точке перед собой. Девушка, рядом с которой я сел, похожа на мертвеца и одета во все черное, тычет меня локтем. Немедленно реагирую: отталкиваю ее.
Учительница подливает масла в огонь и еще раз требует ответить ей. Закрываю глаза, дышу, но уже слишком поздно. Когда я собираюсь встать, чтобы уйти, над классом раздается голос.
– Он не может вам ответить! Вы читали его досье?
Открываю рот и глаза от удивления. Львица встала в другом конце класса и смерила учительницу пренебрежительным взглядом. Ничего себе! Я ее даже не видел – ни я, ни мой член.
– Мисс Хиллз? Вы мне говорите? – спрашивает учительница.
– Очевидно. Кому же еще? Он немой, этот придурок, так что, черт его побери, он не ответит!
Весь класс хохочет. Я делаю большой глоток воздуха.
Учительница смотрит на меня и возвращается к столу. Быстро перебирает бумаги, которые я ей оставил.
Чувствую, как все смотрят на меня. Ненавижу это. Знаю, это может показаться странным, учитывая мой внешний вид – татуировки всегда бросаются в глаза – но чем меньше меня видят, тем лучше я себя чувствую.
Краем глаза различаю маленькое тело львицы, она садится на место. Учительница призвала класс восстановить тишину. Один, два, три раза. На четвертый она обещает всем час наказания после уроков. В классе снова установилась тишина, но ученики по-прежнему косо поглядывают на меня.
– То, что он немой, нигде не уточняется, – сообщает учительница. – Хиллз, выйдите.
Львица, сидящая в первом ряду, не встает.
– Что? Но почему? – выпаливает она.
– За ваш абсолютно непростительный тон. И заберите с собой своего «немого» друга, – отвечает учительница, показывая пальцами кавычки. – Вон из класса и прямо в секретариат, чтобы подтвердить ваши часы наказания!
– Но я ничего не сделала! Это ведь вы не умеете нормально читать! – возражает моя сумасшедшая львица.
Смеюсь и навлекаю на себя гнев учительницы, вызывая также смешки учеников. Елена вскакивает, хватает свои вещи, как фурия.
Мне нравится, когда она такая.
– Браво, вы только что получили еще два часа наказания. Вы с немым, кажется, созданы друг для друга! – повторяет учительница.
Резко встаю, опрокидывая стул. Половина класса вздрагивает, включая учительницу. Хватаю сумку, перекидываю через плечо и иду по классу.
– Его зовут Тиган, а не «немой»! – выплюнула Елена, когда я подошел к ней.
Ладно, ей сейчас лучше заткнуться. Беру львицу за руку, чтобы она не усугубила свое положение.
– Приму к сведению. Еще два часа наказания! – добавляет учительница.
– Что? Отпусти меня, ты, черт возьми! – возмущается Елена, пытаясь вырваться.
– Вон! – добавляет учительница, протягивая нам небольшую бумажку.
Дергаю за руку львицу, которая отталкивает меня, как умеет только она. Буквально вырываю бумагу из рук учительницы. Она хочет, чтобы мы ушли – тем лучше, не будем с ней спорить.
Елена продолжает отказываться выходить, но у нее не хватает сил, и мы быстро оказываемся в коридоре. Под острым взглядом старухи я с силой захлопываю дверь ногой.
– Какая же идиотка! Не могу поверить! Почему ты не говорил с ней?
