— Сначала я не знала, что ещё делать. Она превратила меня в демона. Я была хорошей, богобоязненной женщиной, а теперь превратилась в монстра, охотящегося на живых. Я чувствовала себя слишком безнадёжно, чтобы делать что-либо, кроме того, что они требовали. Это было похоже на лунатизм. Только когда мисс Летиция уехала пару месяцев спустя, безнадёжность исчезла. Она уехала, и на следующий вечер я проснулась с таким же чувством, как и тогда, когда жила.
Она удивлённо покачала головой.
— Итак, — сказала я, — мы все думаем об одном и том же?
— Что эта сука Летиция двести пятьдесят лет морочила голову Одри? Да, я думаю, что так оно и есть, — сказал Годфри.
Одри вздрогнула.
— Что?
— Некоторые вампиры одарены особыми способностями, — начал Рассел. — Наш Хозяин, например, может разговаривать с нами в наших мыслях. Он может причинить боль одной лишь мыслью. Мы считаем, что Летиция усиливала естественную связь между госпожой и её птенцом, чтобы держать тебя в подчинении у неё.
Возмущение на лице Одри ободрило меня. Она больше не нервничала. Она была взбешена.
— Она…
— Если бы я сам так сильно не хотел её убить, — сказал Клайв, — я бы оказал тебе эту честь.
Одри вскочила со своего места и прошлась по комнате.
— Она…
— Хороший способ поквитаться это рассказать нам всё, что ты знаешь, чтобы мы могли выследить их, — объяснил Рассел.
— О, да, — Одри вернулась к креслу и села. — Давайте сделаем это.
ГЛАВА 19
— Ты сказала Леди Этвуд. Она всегда носила это имя или оно изменилось с годами? — спросил Клайв.
Одри изо всех сил старалась взять свой гнев под контроль, прежде чем ответила:
— Столько, сколько я её знаю, сир.
— И ты сказала, что у них был дом в Кентербери. Ты посещала его?
— Да, сир. Это недалеко от Блеана. Довольно величественный.
Уставившись на свой стол, погружённый в свои мысли, Клайв постучал указательным пальцем.
— Ты когда-нибудь встречала лорда Этвуда? У Летиции были братья?
Одри замотала головой раньше, чем Клайв закончил вопрос.
— Нет, сир. Никогда не упоминалось о муже. Мисс Летиция, однако, однажды сказала мне, что они ушли. Её отец и братья, то есть.
— Было два брата?
Всё ещё уставившись в свой стол, он, казалось, что-то собирал воедино.
— Да. Прошу прощения, сир, я не могу быть уверена. Она не сообщила мне подробностей, я же была прислугой и всё такое. Она сказала «братья» во множественном числе, и я чувствую, что, возможно, когда-то она использовала два имени, но это было так давно и почти ничего не значило для меня в то время.
Медленно кивнув, Клайв повернулся ко мне с глазами, полными печали, прежде чем снова сосредоточился на Одри.
— Я понимаю, что ты, возможно, не знаешь или не помнишь, но когда она говорила о своём отце или братьях, было ли это с нежностью или, возможно, печалью из-за их отсутствия?
Она ответила не сразу. Нахмурив брови, она тоже уставилась на крышку стола.
— Я так не думаю. Просто впечатление, вы понимаете, и она могла быть раздражена чем-то несвязанным. Однако у меня возникло ощущение, что они ей не нравились, и она была рада, что они ушли. Мне казалось, что это было частью напряжённости между ней и леди Этвуд, — Одри подняла глаза. — Но я могу ошибаться, сир.
— Что такое? — спросила я Клайва. — Ты кое-что понял.
— Возможно. Одри, у тебя есть какие-нибудь идеи, где сейчас Летиция или её мать?
— Нет, сир. Последнее, что я слышала, леди Этвуд всё ещё была в Англии, и слава небесам. Я ничего не слышала о мисс Летиции с тех пор, как она покинула ноктюрн.
— Хорошо. Ты можешь идти. Если вспомнишь что-нибудь ещё, каким бы несущественным это ни казалось, пожалуйста, дай мне знать.
Клайв встал, обошёл стол и протянул руку Одри. Помогая ей подняться на ноги, он добавил:
— Я очень ценю твоё понимание.
Она быстро присела в реверансе, прежде чем вспомнила, где и когда находится.
— Я пойду сейчас, сир, но если я могу что-нибудь сделать… Я просто хочу помочь.
Положив её руку на своё предплечье, он проводил её до двери кабинета. Когда он улыбнулся ей, выражение её лица на мгновение стало пустым.
— Как только у нас будет план, я найду в нём место для тебя.
— Благодарю вас, сир!
Она была так взволнована, что чуть не врезалась прямо в закрытую дверь.
Клайв потянул её назад, открывая дверь, и сделал это так ловко, что я сомневаюсь, что она заметила, что едва не сделала. Как только он закрыл дверь и пересёк кабинет обратно к своему столу, Годфри встал и занял место, которое она недавно освободила.
— Ну? — спросил Годфри.
Клайв повернулся ко мне.
— Ты помнишь, что случилось с моей сестрой?
— Конечно.
Как я могла не помнить этого? Именно параллели между историей его сестры и моей собственной заставили Клайва проявить интерес к тому, чтобы помочь мне.
— Твоя сестра? — Годфри откинулся на спинку стула. — На неё напали и убили, когда ты был человеком.
— Она была причиной того, — вставил Рассел, — что он искал тёмный поцелуй.
