- Присядьте, да перейдут ваши недуги на недругов, - заговорила женщина, впуская их в комнату. - Добро пожаловать, выскажите свое горе. Коль у вас враг - уничтожу, коль потеря - разыщу, о находящихся в пути - расскажу, злословит кто за вашей спиной - язык укорочу, если покинул любимый - ворочу, во всем пособлю, все напасти отведу, путь к счастью укажу, все расскажу... Все могу, все знаю, лишь мертвых не воскрешаю.
Шумшад-ханум и мисс Ганна уселись на мягких тюфяках, и Шумшад-ханум начала:
- Послушай, Зулейха-хала*, все наши надежды на бога - в небесах, а на земле - на тебя. У обеих у нас горе. В надежде на тебя мы пришли сюда, ты должна вернуть нам счастье.
______________ * Тетушка Зулейха.
В это время в дверь постучали и в комнату вошла Сэлима.
Ничто не вызывало подозрений мисс Ганны. Она внимательно прислушивалась к словам Зулейхи и, когда чего-нибудь не понимала, обращалась к Шумшад-ханум.
Таджи-кызы-Зулейха решила погадать раньше Шумшад-ханум. Шумшад-ханум разложила перед собой все свои драгоценности и не сводила глаз с губ Зулейхи.
- На тебе не должно остаться ни единой ценности! - властно сказала Таджи-кызы-Зулейха.
Шумшад-ханум вынула из ушей сережки, сняла с рук браслеты, кольца, расстегнула колье и положила все это перед собою на пол.
Мисс Ганна, подражая ей, также начала снимать с себя драгоценности и украшения и положила их рядом с принесенными.
- Ох, ты моя умница-разумница, да стать бы мне жертвой твоих очей, раскрасавица моя, - обратилась Зулейха к мисс Ганне. - И ты развяжи-ка свой узелок, да разложи перед собой свои вещички, я заодно прочту над ними, молитвы и заклинания.
Мисс Ганна развязала узелок и положила рядом с вещами Шумшад-ханум свои драгоценности.
- Позолотите же мне руку, да будет вам жертвенным даром ваша Зулейха-хала.
Шумшад-ханум вынула из своего ридикюля пять турецких лир и положила их в правую ладонь Зулейхи. Следуя ее примеру, и мисс Ганна дала гадалке пять лир.
Таджи-кызы-Зулейха, протянув обе руки над разложенными на полу драгоценностями и проводя по ним, что-то тихо пробормотала и затем начала дуть на них. Затем она стала поочередно дуть в лица Шумшад-ханум и мисс Ганны, приговаривая при этом:
- Над Тавризом проносятся туманы, по дорогам бредут караваны. Одна деньга, две деньги, три деньги... пять; что упало, что пропало к нам вернись опять. Черт, черт пошути, что взял - вороти... На дереве зеленая алыча, под деревом черная халча...* Злой язык пускай отсохнет, у врага дурной глаз лопнет... На дереве урюки, да сгинут недруги... Замуж выйдут пусть девицы, в рот к ним шербет заструится... Пусть желанного достигнут, злые ж недруги погибнут! На гряде укроп, лук, мята... Наше место чисто, свято... Угольки трещат, горят, у врагов глаза болят... В Багдаде финики, сабза, пронесись быстрей гроза...
______________ * Коврик.
Заклинания Таджи-кызы-Зулейхи тянулись бесконечно.
В половине двенадцатого дверь вдруг приоткрылась, и в комнату вошел Рафи-заде, за ним показался Махмуд-хан.
- Маленькая мисс, добро пожаловать! - обратился Рафи-заде к девушке. Вы можете быть уверены, что никто не узнает о том, что вы были здесь и провели с нами несколько часов!
- О чем вы говорите? Вы с ума что ли сошли? Я с вами... провела время? - воскликнула мисс Ганна, уставившись на него изумленным взглядом.
- Вы девушка благоразумная. Поймите, уйдете ли вы отсюда или останетесь, - безразлично, - ответил ей Рафи-заде. - В настоящее время вы находитесь в доме одной цыганки. Вы никого не заставите поверить, что вас туда заманили. Если вы откажетесь от нашего предложения, я завтра же расскажу в американском консульстве, что вы шатаетесь по цыганским вертепам. Самое благоразумное и безопасное - это провести здесь с нами несколько часов. Если вы согласитесь - вы сумеете унести с собой все ваши драгоценности, иначе неизбежно их потеряете!
Мисс Ганна больше ни слова не проронила и, обернувшись, посмотрела на Шумшад-ханум.
- Что делать? - успокоила ее та. - В конце концов не умрем же мы, если проведем здесь часика два...
В это время Таджы-кызы-Зулейха стала собирать разложенные на ковре драгоценности мисс Ганны.
- Не стоит раздумывать, - снова заговорил Рафи-заде, - не теряйте время! Наша дружба весьма ценна. Мы обещаем вам хранить всю эту историю в тайне. Вы сумеете остаться на работе. В противном случае, вы не выберетесь отсюда. Не напрасно же Усния-ханум привела вас сюда?
- Какая Усния-ханум? - спросила мисс Ганна. - Я ее не знаю.
- Вот Усния-ханум! - указал Рафи-заде на Шумшад-ханум.
- Разве вы не Шумшад-ханум? - обратилась мисс Ганна к цыганке, глядя на нее полными изумления и страха глазами.
- Теперь я стала Уснией-ханум, - ответила та. - Да это безразлично. И тогда я была женщиной и теперь я женщина. А в чем назначение женщины? Обнять мужчину, прильнуть к его устам и жить душа в душу!
Рафи-заде и Махмуд-хан, сбросив верхнюю одежду, сели. Усния-ханум подошла к стенному шкафу, достала оттуда бутылки с вином и бокалы и расставила все перед ними. Немного погодя, явились Пэрирух и Шухшеньг и тоже присели к скатерти.
