Нине не понравилось, что я разговариваю с ним, она порывисто взяла меня под руку и отвела в сторону.
- Не унижайся. Нечего беседовать с этим подонком! - решительно запротестовала она. - Он возомнил себя человеком, но никто так хорошо не знает ему цену, как мы с тобой.
Сардар-Рашид, оставшись один, несколько раз прошелся по салону и остановился, ожидая возвращения консула. В это время кто-то вызвал и английского консула. Сардар-Рашиду явно стало не по себе.
Ко мне подошел сын Гаджи-Фарадж-Саррафа Гаджи-Мирза-ага, и мы с ним немного прошлись по комнате. Он пожаловался мне на Мешади-Кязим-агу, приценивавшегося к деревне, которую Гаджи хотел купить, и просил меня подействовать на его конкурента. Продолжая беседу, Гаджи-Мирза-ага подвел меня к Сардар-Рашиду и мы сели рядом.
Гаджи-Мирза-ага был подданным русского царя, и Сардар-Рашид всячески заискивал перед ним. Мирза-ага считался известным шутником. Подтрунивая над Сардар-Рашидом, он сказал, что тот достоин большего поста. Тот не верил в искренность Мирза-аги, но все же, считая себя важной персоной, сказал:
- Тегеранское правительство поручило мне исцелить раны, нанесенные нашей стране Шуджауддовле. Думаю, правительство не ошиблось в своем выборе. Благодаря Гаджи-Самед-хану между русским и иранским государствами создалась пропасть, преодолеть которую было невозможно. Мы постараемся сгладить все шероховатости, достигнуть лучших взаимоотношений и взаимопонимания. Немало придется поработать, чтобы восстановить дружбу. Первым долгом мне надо будет заняться политическим воспитанием нашего народа в духе сердечности и дружбы с императорским правительством. Если бы царское правительство не надеялось на мои способности и мое умение, оно не приветствовало бы назначение меня на пост правителя Азербайджанской провинции.
Мирза-ага поддакнул:
- Его превосходительство изволит говорить сущую правду. Если бы императорское правительство не благоволило к его превосходительству, оно никогда бы не украсило грудь Сардар-Рашида орденом императора "Угаби Сафид"* I степени.
______________ * "Угаби Сафид" - орден белого орла. В бытность свою правителем Ардебиля Сардар-Рашид неоднократно предавал свой народ, и царское правительство наградило его этим орденом.
После этих слов Мирза-ага встал и отошел. Мы с Сардар-Рашидом остались с глазу на глаз. Он решил заверить меня в своем расположении.
- Вы можете быть совершенно уверены в том, что мое отношение к вам продолжает оставаться неизменным, - сказал он заискивающим тоном.
- Очень вам благодарен. Было бы странно ожидать от такой особы, как его превосходительство, чего-либо кроме доброжелательства.
- Я по-прежнему буду оказывать вам покровительство.
- Благодарю!
- Разумеется, вы не должны расценивать его как проявление родственных отношений.
- Совершенно естественно, и я не считаю вас своим родственником.
- Поэтому вы и предложите вашему брату Ага-Асаду расстаться с мыслью о женитьбе на моей сестре. Каждый должен искать себе пару в соответствии со своим происхождением и общественным положением.
- Я не считаю себя вправе что-либо ответить вам по этому поводу. Его воля думать или не думать об этом. А что касается вопроса о достойной паре, то должен сказать, что это весьма спорно. Я полагаю, что Асад не менее благороден, чем семья, из которой происходит девушка, на которой он хочет жениться.
- Только благодаря вам я не наказываю его.
- Вы должны учесть, что он не трус и не так беспомощен, как вам кажется. А с другой стороны, он не заслуживает наказания. Это иранец, любящий свой народ и преданный ему. Что же касается покровительства мне, то я в нем не испытываю нужды, и я не желал бы утруждать вас. Никогда я не искал чьего-либо покровительства и всегда обходился собственными силами и умением.
Сардар-Рашид поспешил исправить свою оплошность. Он понял, что попал впросак.
- Я не хотел вас обидеть, ага, просто я не так выразился. Вы должны оберегать мою честь и мое имя, ведь я глава огромной страны, ее правитель. Пусть Ага-Асад оставит мою сестру Махру в покое, а я найду ему любую невесту, какую он только пожелает.
- Вы считаете Махру своей сестрой. Но и я, и он, мы ведь хорошо знаем историю ваших семейных отношений. Называть девушку сестрой, а по ночам ломиться в ее спальню - едва ли такое поведение может способствовать поддержанию вашего авторитета и не уронить вашу репутацию без того уже подорванную в глазах общества. Я не хочу, чтобы дело приняло для вас плохой оборот, а не то завтра же я мог все это сделать достоянием общества. Думаю, что после такого разоблачения вы не смогли бы оставаться в Тавризе и на один день. Если бы я не щадил вас, то предал бы гласности письмо Ираиды, оставленное ею после ухода из вашего дома. Оказывается, вы, женившись на этой несчастной девушке, предлагали ее своим друзьям, таким же распутным, как вы. Учтите, это письмо в моих руках.
Сардар-Рашид понял, что он, как говорится, не на того нарвался, и стал заискивать передо мной, стараясь переменить тему разговора.
