— Еще бы оно было плохое! После шашлычка, спиртного, любовных утех с девицей, чей возраст, кстати, мы проверим чуть позже.
Вице-губернатор буквально взревел:
— Что? Да как ты, сопляк, смеешь таким образом разговаривать со мной, вторым человеком области! Совсем крышу на службе снесло? А ну, документы предъяви, чтобы я знал, кого гнать из милиции поганой метлой!
Горшков свободной рукой извлек удостоверение и, подойдя к чиновнику, развернул его:
— Лейтенант Горшков Николай Иванович, участковый оперуполномоченный деревни Семенихи Кантарского района.
Фамилия Горшкова что-то отдаленно напомнила чиновнику, но вот что именно, он вспомнить в данной ситуации не мог. Комарову помог сам Николай:
— Не напрягайте извилины, Вениамин Александрович. Я тот самый Горшков, которого три с половиной года назад принимал в Белом доме Переславля бывший губернатор и поздравлял с присвоением звания Героя России. Вы тогда при нем обретались!
Комаров вспомнил. Торжественный прием Героя России Николая Горшкова, одного из немногих выживших бойцов легендарной, прославившейся на всю страну пятой роты N-ского полка. Комаров же и организовал тот прием. И цветы губернатору подавал для вручения. От этого воспоминания дрожь пробежала по телу. Он прекрасно понял, что ничего не сможет сделать против участкового. Но и повиноваться требованиям лейтенанта не собирался, осознавая, ЧЕМ для него может закончиться данный инцидент. Действующий губернатор — человек крутой, в прошлом командующий армией, генерал. Он не знал о том, как отдыхает его первый заместитель. Узнает — конец. Не то что выгонит из администрации, а и под суд спокойно отдать может. И дружеские отношения Комарова с начальником УВД и прокурором области не помогут. Слишком известен этот, непонятно откуда свалившийся на голову Горшков и бескомпромиссен губернатор. Последний, по-армейски, решения принимает быстро, и Кремль его поддерживает. А посему следовало замять конфликт на месте. Для этого уничтожить улики. Лучшего Комаров не придумал. Он обернулся к охранникам, стоявшим в метре от лодок:
— Чего, придурки, застыли? Быстро затопить лодки!
Браконьеры было дернулись исполнять приказ шефа, но Николай предупредил:
— Ни с места, буду стрелять!
Вице-губернатор заорал:
— Делать, что я сказал, не будет он стрелять! Не тот случай!
Дмитрий и Евгений бросились к лодкам.
Горшков поднял пистолет и выстрелил.
Пуля ударила в землю перед правым охранником. Браконьеры, словно споткнувшись, рухнули на траву.
Николай взглянул на Комарова:
— Я же сказал, что буду стрелять! Зачем подставляете своих людей? Хотя… хотя, черт с вами, топите лодки вместе с сетями и рыбой. Все равно с момента вашего прибытия сюда и по настоящее время ведется съемка всего, что происходило и происходит на поляне и реке. Топите, тем самым вы усугубите положение и увеличите ущерб, нанесенный природе!
Комаров побледнел:
— Какая съемка?
Николай проигнорировал вопрос вице-губернатора.
— Так будете топить лодки? Или передумали?
— Это что, спланированная засада?
— Можно сказать и так! Но разве это важно, господин чиновник? Вы попались с поличным и, невзирая на занимаемую должность, ответите за содеянное, но я не слышал вашего решения насчет лодок!
Вице-губернатор приказал охранникам:
— Отойдите от берега!
Николай добавил:
— Недалеко! И стоять кучей! Пока я составлю протокол.
Комаров буркнул:
— Ни я, никто из охраны его не подпишет!
Колян издевательски улыбнулся:
— А этого и не требуется. Достаточно понятых, а они присутствовали здесь все время, пока вы расслаблялись от дел государственных!
Вице-губернатор понял, что проигрывает вчистую. У него оставался последний козырь, весьма весомый, с его точки зрения, — деньги!
Сменив тон, он спросил:
— Мы можем поговорить тет-а-тет, лейтенант?
— Почему нет? У вас есть что предложить мне?
— Да! Но я должен быть уверен, что нас не пишет ваша чертова камера!
— Этого обещать не могу!
— Но без этого разговор теряет смысл!
Николай пожал плечами:
— Что ж, тогда оставим диалог! Лично мне он не нужен!
Вице-губернатор сплюнул в траву:
— Черт с тобой! Но отойти-то к палатке мы можем?
Горшков согласился:
— Отойти можем!
— Тогда пойдемте!
Развернувшись, Комаров направился к палатке, где спала или нежилась в постели любовница вице-губернатора. Николай неспешно пошел за ним, сказав охране:
— Ребята, не играйте с огнем! Мое предупреждение остается в силе. А стреляю я хорошо. Убивать, конечно, не буду, но калеками сделаю очень даже легко! Подумайте, вам это нужно? Думаю, совершенно не нужно!
Вице-губернатор остановился возле палатки, нервно переминая пальцы рук. Горшков подошел к нему:
— Слушаю вас, Вениамин Александрович.
Комаров заговорил:
— Лейтенант! Да, ты Герой, ты в почете, признаю, ты сделал меня, и я ничего не смогу предпринять против тебя, но… сколько ты получаешь на своей собачьей должности? Пять тысяч? Шесть? Меньше?
— Это вас не касается.
