— Танаи? — сглотнув, спросила-таки сианай, хотя в голове мелькнул совсем другой вопрос: не специально ли Кеара решила перекусить именно сейчас?
— Да, — кивнула матриарх ан Темиар. — Дело в том, что Путь этого Райса в некотором роде был связан с Бриаэлларом. Мол, только у нас он мог обрести исцеление и покой. Жрецы Тианы утверждали, что здесь он мог бы стать по-настоящему счастливым и весьма полезным городу существом, а прогони мы его — пришлось бы плохо не только ему самому, но и многим другим.
— Что же изменилось теперь?
— А теперь они говорят, что он упустил свой шанс, — расправляясь со следующей икринкой, вздохнула Кеара. — И сейчас лучшее, что он может сделать — это или напиться из источника Нулей (хотя, по их мнению, это тоже вряд ли поможет), или удавиться, предварительно распорядившись не воскрешать себя.
— Странно. Случаи, когда существо не может исправить то, что натворило, — большая редкость, — поразилась Аниаллу. — Я знаю только два.
— Алу, я мало понимаю во всех этих танайских штучках… за редким исключением, — улыбнулась Кеара, пощёлкав щипчиками работы мастеров Змеиного Глаза.
— Уж не потому ли ты пригласила сюда меня — известную «змеиную рабыню»? — лукаво склонила голову набок сианай; ей было интересно, как именно Кеара будет сейчас изворачиваться, пытаясь оправдать и купол над городом, и то, что планы Аниаллу в очередной раз отправлены… в бездну.
— Пригласила? — переспросила Кеара, и Алу очень не понравилось мелькнувшее в её глазах недоумение. — Я не звала тебя.
— То есть как?
— Понятия не имею. Не мог же кто-то пригласить тебя от моего имени…
— Мог. Её позвал я, Кеара, — прозвучал за спиной Аниаллу спокойный мужской голос.
Сердце Аниаллу упало. Тинойа была права — Кеан вернулся в Бриаэллар…
Только через четверть часа после ухода Аниаллу, Анар нашёл в себе силы оторвать голову от подушки. Болезненно хмурясь, он натягивал на себя одежду, и даже яркое солнце за окном казалось ему лишь новым поводом для раздражения. А теперь ещё этот стук!
— Кто там? — почти простонал он.
— Ирера. Я могу подняться?
— Да,
Ирера издала вежливый смешок.
— Доброе утро, — сказала она, поднявшись, но голос её прозвучал как-то пасмурно.
— И тебе тоже, — немногим радостнее откликнулся Анар. — Извини, я сейчас, — он снова принялся звенеть пузырьками.
— Я только что от ан Камианов. Новости не самые приятные. Они пригласили драконов, и те нашли целых три не до конца уничтоженных портала на территории замка, и два неучтённых, которые ведут в разные части Бриаэллара. Все ломают головы, как их умудрились проглядеть. Пока безуспешно. Один отыскали как раз в саду, неподалёку от библиотеки. Но следов по ту его сторону — никаких. Малаур хочет, чтобы ты пришёл посмотреть на эти «недобитые» порталы, прежде чем их окончательно прикроют.
— Хорошо, — мужественно согласился Анар, морщась от головной боли, и тут, словно в награду за это, углядел на верхней полке нужную ему склянку. Одним глотком осушив её, он тут же почувствовал себя лучше — уж в чём, в чём, а в приготовлении всяких зелий Аниаллу была мастерица.
— А что говорят про их ночного гостя?
— Приглашённые Малауром ан Меаноры готовы поклясться, что его дом навестил харнианец.
— И?
— А те же ан Меаноры, только из мазабров, шипят им в ответ, что харнианца они бы засекли, едва он ступил на остров.
— Надо посмотреть своими глазами. Пойдём? — позвал он застывшую на ручке кресла эалийку.
Анар сделал пару шагов к балкону, подумал о том, что хорошо бы после ан Меаноров зайти к другу, харнианцу Браю (прознав о ночном происшествии, бедняга небось сейчас умирает со страху), и вдруг замер — на него накатило очередное видение, зыбкое, мутное, части его почему-то повторялись, чуть меняясь, чего никогда прежде не было.
— Адорская площадь! Дракон! — едва придя в себя, крикнул он Ирере и выскочил на балкон.
Прижавшись влажным лбом к холодному металлу фонаря, ламповщик Райс наблюдал за столпотворением на Адорской площади. Люди, эльфы, адоры, танаи — все те, кого здесь пренебрежительно называли неалаями, копошились вокруг ледяного куба с поверженным огненным драконом. А на кубе, попирая когтистыми лапами свой трофей развалились два кота и мерзкая черномазая кошка. Они смотрели на всех сверху вниз и наверняка беспардонно копались в мыслях сограждан — вдруг кому-нибудь из их покорного стада вздумается посочувствовать благородному змею или его хозяевам? Да, несомненно, именно для этого куб и притащили сюда: чтобы спровоцировать бедняг на неподобающие мысли, а потом безжалостно вышвыривать вон из города недостаточно лояльных, ещё не окончательно потерявших совесть существ…
«Копайтесь, копайтесь… Всё равно ничего не накопаете. Лапки коротки, — мысленно усмехался Райс. — Вы и не подозреваете, что несмотря на все ваши подлые ухищрения, харнианцы уже в городе.
