Но я не обращала ни малейшего внимания на ее насмешки: меня не оставляла уверенность, что мое будущее счастье целиком и полностью зависит от того, сумею ли я перебороть свой страх и разрушить собственный ложный образ, который создавался годами. Когда меня утвердили на роль Снежной королевы, я от радости ходила колесом по нашей комнатке в общаге. Я восприняла этот маленький успех как счастливый знак и невероятный шанс раскрыться, хотя речь шла всего лишь о небольшом представлении для группки несчастных больных детей.
Готовясь предстать в новом амплуа, я немного волновалась, потому что, по сути, собиралась впервые показать публике не выдуманный образ, а саму себя такой, какая я есть на самом деле. Евгений Александрович учил нас не злоупотреблять гримом, маскировкой и разной бутафорией и требовал создавать образ минимальными вспомогательными средствами. «Чтобы изобразить на сцене кошку, необязательно наряжаться в меховой костюм и накладывать сложный грим, – часто говаривал он. – Основное внимание нужно уделять мимике, интонациям и пластике тела, а уж воображение зрителя самостоятельно дорисует и усы, и хвост».
Я хорошо усвоила этот урок и отказалась от длиннющих накладных ресниц, парика и кринолина, оставив за собой право лишь на украшенную стеклярусом корону. Образ холодной и величественной дамы сложился у меня за счет выражения лица: гордо приподнятого подбородка, задумчивого взгляда из-под полуприкрытых век сверху вниз на собеседника, загадочной и сдержанной улыбки Моны Лизы с едва заметными ямочками на щеках, выразительного излома высокомерно взлетающей брови, – а также за счет важной неторопливости походки, плавной и изящной сдержанности движений и абсолютного ледяного спокойствия в интонациях и взглядах. Словами не передать, насколько уютно я ощущала себя в этом образе! Именно такой я всегда и мечтала стать, но боялась показаться заносчивой и смешной! Зато теперь, репетируя часами у зеркала, я все больше и больше входила во вкус и осваивалась в желанном образе.
Остается только добавить, что спектакль «Снежная королева» прошел на ура, а когда все закончилось и мы фотографировались с детьми на память, одна девочка отодвинулась от меня и заявила: «Ты – самая красивая, но я тебя боюсь!» Никогда еще мне не доводилось слышать комплимента приятнее, чем этот! С тех пор я не изменяла себе и постепенно добилась всего, чего хотела, а прозвище Снежная Королева приклеилось ко мне намертво.
– Я всегда знала, что тебе рано или поздно надоест притворяться скромницей, – подмигивала мне Жанка. – Еще с тех пор, как ты в интернате связалась с Андреем! Уже тогда в тебе проглядывала хитрющая роковуха, несмотря на бледный вид!
Справедливости ради нужно отметить, что внешне я ничуть не похорошела со времен интерната и попрежнему оставалась маленькой и невзрачной блондинкой с бесцветными бровями и ресницами. Однако Евгений Александрович оказался прав: стоило мне изменить поведение и тип самоподачи, как меня быстро записали чуть ли не в первые красавицы, и я с некоторым удивлением обнаружила, что на меня заглядываются сокурсники, а на улице незнакомцы то и дело оборачиваются мне вслед…
А теперь я приближаюсь к самому трагичному моменту своей жизни, когда нужно понизить голос до шепота, погасить свет, закрыть ненадолго глаза и немного поплакать о том, что погибло, пропало навеки и уже не вернется. Мне трудно подобрать слова, чтобы рассказать о случившемся, поэтому воспользуюсь газетной вырезкой, которую я сохранила в память о тех горьких днях.
Ни читатели газеты, ни я сама так и не узнали, куда ехала Жанка и кто сидел рядом с ней в том злополучном автомобиле. Меня не пускали к ней в реанимацию, где она тихо умирала после тяжелейшей многочасовой операции, в ходе которой врачи самоотверженно и безуспешно пытались спасти ей жизнь. Но я не сдавалась и всю ночь напролет без устали отмеряла шаги в бесконечно длинном и унылом больничном коридоре, беззвучно повторяя только одно беспомощное слово «пожалуйста», и, словно ребенок, вымаливала у небес невозможное, готовая в своем упрямстве поверить, что если повторить волшебное слово миллион раз, то чудо непременно произойдет.
