Скажу одно:Бывало, что по тем или иным причинамПотомок королей, одет простолюдином,Пускался в странствия под именем чужим,Сражался, побеждал, властители пред нимДрожали, поднося свои венцы герою,И все ж при том никто, — он даже сам порою, —Не ведал, как его зовут.
Донья Леонор.
Ужели тыЛелеешь втайне столь нелепые мечты?
Донья Эльвира.
Я в Карлосе ценю достоинства, о коихВ домах ли горожан, в дворцовых ли покояхДавно уже твердят: гремит ему хвала,Превозносящая геройские дела.Коль восхищаюсь им и я со всеми вместе,Тем наношу ль урон державной нашей чести?Как воин доблестный он мной любим и чтим,Как воин доблестный защитником моим,Опорою моей он стал здесь, на чужбине.Он был почтительным мне подданным доныне,Но если вдруг иным он чувством обуян,Я выполню свой долг, свой не унижу сан.
Донья Леонор.
Пусть небо укрепит тебя в решенье этом.
Донья Эльвира.
Я рада, матушка, по вашим жить советам.
Донья Леонор.
Однако почему он, а не кто иной,Назначен провожать тебя в твой край родной?Быть лишь защитником твоим ему позволишь?Он будет подданным почтительным? Всего лишь?
Донья Эльвира.
Подобные ему одной войной живут,Их страсть, призвание, привычка — бранный труд.Здесь воцарился мир: захвачена Севилья{115}И освобождена от мавров вся Кастилья.Но он рожден для битв, он баловень побед.И, зная, что ему здесь примененья нет,Что благодетельный мир не его стихия,Он рвется в Арагон, туда, где дон Гарсия,Обидчик наш, разбит еще не до конца.Меч обнажить за нас — стремленье храбреца.
Донья Леонор.
Но в день, когда тебя он утвердит на троне,Когда спокойствие настанет в Арагоне,Отправится ли он — уже в иных краях —Вновь славу умножать, вновь сеять смерть и страх?
Донья Эльвира.
Простите, матушка, вот донья Изабелла.ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Те же и донья Изабелла, Бланка.
Донья Леонор.
Ваше величество! Одна лишь мысль всецелоЗаполнила умы: кто он, счастливец тот,Кого владычица в супруги изберет?О день торжественный, день радостных свершений!
