Стараниями техперсонала коридоры, палаты и лестничные пролеты больницы были давно украшены белоснежными снежинками и серебристой мишурой, создавая у пациенток праздничное настроение. В фойе стояла мохнатая красавица ель, днем поблескивая разноцветными стеклянными шарами, а ночью маня крошечными огоньками разноцветных гирлянд, обещая чудо и ощущение сказки. А запах!!! Юля любила его с детства — лесной запах еловых веток вперемежку с мандариновой кожурой. Казалось, что как только часы пробьют двенадцать, из леса придет Дед Мороз, раскроет мешок подарков и одарит всех тем, чего они ждут больше всего в жизни. Кому сыночка, а кому — лапочку-дочку.
Ей пока рано… За то время, пока Юля находилась здесь, каждый день кого-нибудь увозили, как тут говорили «наверх», где и случалось самое чудесное из всех чудес. Девочки с воодушевлением и радостной опаской делились новостями: кто кого родил и как. С их палаты одна будущая мамочка уже родила сына-богатыря на днях, другая — почти всю сегодняшнюю ночь промучилась, пока ее наконец-то не забрали в предродовую. Юля не спала вместе с ней, с жалостью наблюдая за ее мучениями и со страхом понимая, что такое же вскоре ждет и ее.
Господи, да она же такая трусиха! Одна только мысль о схватках и предстоящих родах вызывала панику и головокружение. Даже постовая медсестра, провожая соседку-роженицу из палаты, заметила Юлино состояние и спросила с улыбкой: — Боишься? Девушка смогла лишь кивнуть в ответ. Пожилая приветливая медсестра по- доброму усмехнулась и шепотом заметила: — Не бойся. Все через это проходят. И ты родишь. Потом еще за вторым и третьим придешь. Спи. Отдыхай.
Ну, уж нет! Она не придет ни за вторым, ни за третьим. Она и первенца своего планировала чуть позже, когда встанет на ноги и морально будет готова к материнству. Так сложилось. Теперь ей бы этого на ноги поставить.
Бессонная ночь дала о себе знать следующим утром головной болью и чувством разбитости. Проспав почти до обеда, Юля проснулась лишь от прихода Саши, который сразу же заметил ее душевное смятение.
— Что-то не так? — обеспокоенно спросил он, выставляя на тумбочку из пакета сок и фрукты.
— Да нет. Плохо спала.
— У тебя что-то болит? — еще больше встревожился Степнов.
— Нет. У девочки с палаты схватки были, вот и я не спала вместе с ней, — усаживаясь поудобнее в кровати, ответила Юля. — Уже родила, наверное.
От парня не укрылись печальные нотки в ее голосе.
— Юль, ну ты что? Почему нос повесила? — постарался развеселить ее Саша. — Не переживай. Все будет хорошо, — хотел добавить: «Я с тобой», но воздержался.
Неожиданно девушка пристально посмотрела ему прямо в глаза и, помолчав, задала вопрос, от которого парень просто-напросто опешил.
— Если со мной что-то случится, ты ведь не бросишь его? — Юль… Что за мысли? Откуда? Видно было, что она собирается с духом, чтобы произнести что-то неприятное для нее.
— Я… моя мама умерла, когда меня рожала… и вдруг я … тоже… По заблестевшим в ее глазах слезинкам Саша понял, что эта мысль терзала ее уже долгое время, отнимая драгоценный покой. Захотелось обнять ее, прижать к груди и забрать часть ее боли себе. Но нельзя. Она может не правильно все понять или испугаться. Все, что ему оставалось, это взять ее ладонь в свою и, глядя ей в глаза, постараться успокоить: — Все будет хорошо. Верь мне.
Воспоминание о ее глазах с хрусталиками-слезинками на длинных ресницах преследовало его весь оставшийся день. Хотелось дотронуться, смахнуть их рукой, губами, поцелуями. Может, все-таки, настанет когда-нибудь день и это станет явью? Хотелось, как в детстве, верить, что желания, загаданные в новогоднюю ночь, обязательно исполнятся.
Степнов с трудом дождался вечера и, несмотря на то, что уже который день было «усиление», наказав сразу же звонить ему «в случае чего», направился к больнице. Новый год он встретит с ней! Пусть не на расстоянии вытянутой руки, но все равно рядом. Ведь это их первый совместный Новый год.
На улицах было многолюдно и весело, яркие неоновые вывески соревновались с блеском наряженных елочек в витринах магазинов. В воздухе витало настроение и шум праздника. У больницы было уже поспокойнее, а на самой территории стояла тишина. Показав корочку, Саша проехал за ограду и остановился под окнами Юлиной палаты. Высокие ели с белыми шапками на пушистых лапах ровным рядом стояли вокруг, создавая иллюзию елового бора.
Парень убавил звук радио и вытащил телефон.
