— Что?! — заверещала любовь к долине голосом Хейнтлина. — Да как можно?
— Это легко, — издеваясь, ответил демон, погладив левый рожок. — Открываем три печати — и до свидания, долина, заполненная нечистью и разной опасной живностью, желающей нас съесть.
— Три Дуба — наш дом! — разошелся полудемон, а Хлоя под шумок кивнула слуге, чтобы принес еще чаю. — Мы не можем просто смотреть, как он умирает! Нельзя открыть печати и уйти! Все, что убило долину, пойдет за нами! И скоро не останется такого места, где мы могли бы спрятаться!
Дайчен фыркнул и заявил:
— Не драматизируй! Проход можно закрыть. А если не получится, то к тому моменту, как все эти твари расселятся по внешнему миру, мы успеем благополучно состариться и умереть.
— Ах ты!
Хейнтлин попытался было вскочить, но Хлоя его удержала.
— Пожалуйста! Давайте не будем ссориться! — Она обаятельно улыбнулась одному и другому. — Продолжим пить чай.
Видимо, «обаятельной» улыбки тоже не получилось, потому что демоны переглянулись, и Дайчен положил руку ей на лоб, проверяя температуру. Несколько мгновений он сосредоточенно прислушивался к своим ощущениям, затем снова посмотрел на временного товарища и с выражением крайнего недоумения пожал плечами.
Хлоя прикусила щеку с такой силой, что еще немного — и почувствовала бы вкус крови. Иначе она могла не сдержаться и врезать кому-нибудь. Или схватить одну из чашек и затолкать в горло.
Но пока рановато применять силу. Юная ведьмочка представила, что ждет этих двоих дальше, и промурлыкала:
— И угощайтесь пирогом. Я сама для него грибочки собирала.
Демоны снова переглянулись. Первым заговорил Хейнтлин:
— А ну живо выкладывай, что ты там задумала!
— Если ты решила нас отравить… — начал было Дайчен, но остановился, когда девушка рассмеялась и заявила:
— Думаешь, если бы я хотела вас убить, то приглашала бы на чай?
И пока мужчины решали, что ответить, выдала им заранее заготовленную на такой случай версию:
— Мама перекрасила мою комнату в розовый цвет, чтобы я стала вести себя как леди. Поэтому приходится изо всех сил изображать сотрудничество. Надеюсь, родители купятся, сменят гнев на милость и вернут моей комнате первозданный вид.
— А почему ты выбрала нас, чтобы пускать пыль в глаза своим родителям?
— Вы мне менее отвратительны, чем остальные. Так что, если родители припрут к стенке, выберу кого-то одного себе в мужья… — И тут же сделала то, что обычно делала Селеста. Надула губки и обиженно спросила: — А почему никто не ест и не пьет? Неужели ничего не понравилось? А я так старалась, пока собирала грибы и травы…
Единство и понимание, царившие между двумя мужчинами из-за подозрительного поведения потенциальной невесты, испарились мгновенно, как не бывало. Они снова превратились в тех, кем были, когда перешагивали порог этого дома: в непримиримых врагов и соперников.
Бросив друг на дружку по короткому, но очень емкому взгляду, куда демоны умудрились вложить и презрение к сопернику, и чувство собственного превосходства, и откровенную угрозу, они приступили к еде. Хейнтлин схватил пирог с тарелки и принялся активно его жевать, а Дайчен вцепился в чашку и начал пить большими глотками. При этом каждый сверлил соперника злым взглядом, давая понять, что ни в чем не уступает.
Хлоя поставила локти на стол, а руки сложила домиком, перебирая пальчиками. Ее гости были слишком заняты собой, чтобы увидеть полный злорадного удовлетворения взгляд и коварную улыбку. Все шло по плану, и это не могло не радовать.
Затевая обед, Хлоя и представить не могла зверский аппетит демонов. Когда парочка слопала по два кусочка, начинающая ведьма радостно потерла ручки. Когда съели по четыре, девушка всерьез забеспокоилась. А потом прикинула, сколько поклонники выпили травяного чая, и испугалась. Она не собиралась выжигать им мозги. Но если эти двое не притормозят, так в итоге и получится.
— Знаете, я думаю, с пирогом можно немного повременить.
Кокетливо улыбаясь, Хлоя попыталась действовать по старой схеме, но не тут-то было. Демоны вошли во вкус.
— Отвали! — грубо послал ее Хейнтлин, загребая пирог руками прямо с блюда.
— Не лезь! — выступил с ним единым фронтом Дайчен.
Хотя сам Келмус не разберет, как он не подавился словами, учитывая, что в этот момент трудолюбиво запихивал в рот кусок побольше, чем у соперника.
Хлоя почувствовала себя обиженной. Конечно, ей эта парочка ни даром, ни с дарами не нужна. Но это еще не повод вот так наплевательски к ней относиться! Они же должны были завоевывать ее расположение! Где комплименты? Где заверения в вечной любви? Где приставания, в конце концов?
В итоге Хлоя разозлилась.
— Хватит есть этот пирог! — рыкнула она и попыталась забрать поднос.
— Мое! — с безумным взглядом зарычал Хейнтлин и вырвал поднос из рук.
— Мое! — взревел в ответ Дайчен и выдернул поднос у Хейнтлина с такой силой, что содержимое по инерции полетело на пол.
