Теперь мы подошли вплотную к той стороне этого вопроса, которая для идеального брака имеет, по меньшей мере, такое же важное значение, как и для обычно-рядового супружеского «сожития», но далеко для этой формы брака не специфична. Вернемся к тому типу брака, который, собственно, и составляет предмет нашей книги, и зададим вопрос, не представляют ли характерные особенности — углубление, укрепление и облагораживание половых отношений между супругами, — помимо положительных, и некоторые теневые стороны. Не было бы, действительно, счастье, столь необходимое для идеального брака, куплено слишком дорогою ценою, если оно в других областях могло бы существенно нарушить душевное равновесие супружеской четы.
С людьми, способными к аскетизму или по природе к нему склонными — вне зависимости от того, принадлежат ли они к какой-либо религиозной секте или нет, — может именно случиться подобное. Они в счастье идеального брака не нуждаются или, по крайней мере, его не ищут. Подобное счастье они отрицают, так как оно противоречит их понятию «чистоты» и «святости жизни, состоящей в отрешении от всего земного и его одухотворении».[72]
Иные группы и христианской веры в стремлении своем освободиться от чувственных, «земных» желаний, в борьбе с ними заходят очень далеко, другие секты, менее многочисленные, в этом стремлении доходят до изуверства. «Большую роль в борьбе с сексуальными желаниями играет здесь учение о первородном грехе и грехопадении. Все «телесные» удовольствия клеймятся именем «греха», между тем, как те же желания и наслаждения другими культами восхваляются и возвеличиваются», — говорит тот же ф.
Каково же взаимное отношение религиозных принципов этих обеих мощных групп верующих?
Иначе говоря, с практической стороны, как относятся понятия и закон известных нам религиозных учений к основным принципам идеального брака, как мы его себе представляем?
Этот вопрос нельзя обойти молчанием уже по одному тому серьезному значению, которое решение его имеет для самой сущпости понятия о браке. Ведь если бы эволюционирующие формы брака шли вразрез с религиозными понятиями и заветами, то ясно, что между супругами могли бы возникнуть поводы к разладу и внутренним конфликтам, знаменующим собою тяжкое настроение супружеской жизни и нарушение душевного мира.
Здесь следует заметить, что подобного полного подчинения обрядовой стороне религиозных предписаний, очень напоминающих аскетические тенденции христианства,[73] не бывает и люди научились обходить ее Оставаясь истинно религиозными и идеальными супругами, они понимают, что брак и его святость ничего не потеряют от исполнения требований разумной гигиены.
Как это ни сложно, мы попытаемся дать общую картину религиозных взглядов и заветов различных вероучений, касающихся области половых сношений.[74]
Менее всего труда было в этом отношении с древними религиозными учениями. У евреев, напр., предписания, вытекающие из Моисеева законодательства, очень определенны. У этого народа они сводятся, главным образом, к воспрещению полового общения (и даже простого прикосновения) к «нечистой», вследствие ли менструации или послеродового периода и еще не очистившейся ритуальным омовением и определенным постом женщине. Передавать эти религиозные предписания подробно нет никакого смысла: среди моих читателей слишком мало людей этой веры, а для неевреев перечисление подробностей было бы излишним. Достаточно сказать, что, хотя предписания эти значительно (временно) ограничивают половые сношения, однако, в общем, не противоречат возможности идеального брака и его условиям. (В одном отношении они клонятся к тому же, на что указывал и я: они требуют для только что дефлорированной женщины совершенно, с медицинской точки зрения, излишне-продолжительный половой покой, так как небольшое кровотечение от дефлорации приравнивают к менструационному и разрешают coitus лишь спустя семь дней после лишения невинности.)
Уже не на предписании, а лишь на общей религиозной мысли покоится убеждение правоверного еврея в том, что все, имеющее целью воспрепятствовать зачатию при половом общении, должно быть воспрещено человеку. Это понятие принято и ортодоксальной протестантской церковью (реформатской), которая и в остальном вероучении охотно следует Ветхому Завету, восприняв из него много «Божьих велений». В отношении ограничения полового акта с менструирующей они, напр., ссылаются на те же места книг Моисея, что и евреи. Нет сомнения, что некоторые из этих протестантов, так же, как евреи, не прикасаются к женщине ранее, чем по прошествии недели после менструации.
