Можно взять тему одной из глав в книге предшественника и расширить до целой книги. Можно темы нескольких чужих книг слить в одну.
Из чьей-нибудь толстой плохой книги можно нацедить тонкую свою: приводить в порядок чужие идеи обычно бывает легче, чем генерировать собственные. Возможно и обратное: из чужой тонкой книги сделать свою толстую.
Не будет трагедией, если под конец работы выяснится, что на выбранную вами тему уже есть хорошая книга, которая просто не попала вначале в вашу сеть информационного поиска или была опубликована уже после того, как вы начали создавать свою. Это нормально, когда имеется несколько книг на одну и ту же тему, по-разному представляющих одно и то же. Постарайтесь максимально поэксплуатировать конкурента и выгодно от него отличиться. Нет такой книги, которую невозможно было бы улучшить.
В некоторых жанрах может иметь место следующая схема смены эффектных подходов:
Опровергатели, которые обрушиваются на деклараторов с критикой, обнаруживают, что идеи последних верны лишь в 80% случаев их применения, и разрабатывают свой подход для оставшихся 20%. Причем эти 20% выдают за самые существенные.
Чем больше успех деклараторов, тем сильнее для опровергателей соблазн на них обрушиться. Можно сказать, опровергатели паразитируют на успехе первопроходцев.
Объединители выявляют условия применимости каждого из частных подходов. Они менее сенсационны по стилю, и им достается меньшая слава, чем первым двум категориям.
Обычно деклараторы, опровергатели и объединители не встречаются в чистом виде. Реальные авторы соединяют в себе черты всех этих типов в некоторых пропорциях.
Недавнее великое событие — соблазнительная тема для потенциального бестселлера. Скандал, катастрофа, общественный конфликт, великое достижение — создают острый (но непродолжительный) интерес к своему предмету. Кто первый подвернулся со своим произведением, тот и оказывается на гребне успеха.
Отправляйтесь в центр событий. Будьте репортером и летописцем. Вот образцы для вдохновения: Джон Рид, «Десять дней, которые потрясли мир»; Роман Гуль, «Ледовый поход». Есть, однако, риск, что если вы хотя бы немного затянете со своей книгой, последующие события сгладят впечатление от того происшествия, которое вы решили использовать, и ваш труд украсит ваш же архив. Еще одна опасность состоит в том, что виновники выдающихся событий обычно сами стремятся писать мемуары — чтобы выжать максимум из успеха или компенсировать неудачу. Вот примеры: Вальтер Шелленберг, «Лабиринт»; Борис Ельцин, «Исповедь на заданную тему». Поэтому надежнее бывает выбрать тему в стороне от текущих событий и разработать ее с меньшей спешкой.
Чтобы произведение привлекло внимание, оно должно сыграть на ключевых человеческих эмоциях, как то: страх, зависть, жадность, ненависть, влечение к противоположному полу, желание справедливости, желание превосходства, желание власти, стремление поклоняться и подчиняться.
Годится следующее:
пересмотр недавней истории: низвержение кумиров, вознесение отверженных;
разоблачение официальной лжи;
выбалтывание государственных секретов;
подрыв одного из устоев общества;
кровавые события;
поиск виновных в ключевых неприятностях людей — натравливание одной части общества на другую;
половые излишества;
жизнь отбросов общества;
неприличное, отвратительное (высказывание того, о чем другие молчат из моральных соображений);
глобальная катастрофа, которая угрожала, угрожает или будет угрожать человечеству; страшная болезнь или какая-нибудь другая великая опасность;
могучие средства лечения или профилактики болезней;
способы продления жизни;
способы обогащения;
рецепты решения личных проблем;
средства обретения власти над людьми.
Нередки случаи, когда огромное число талантливых людей тратит силы, чтобы установить высокий стандарт в некоторой области, а когда этот стандарт становится делом привычным и обязательным, появляется некий нарушитель, который предлагает гораздо более низкое качество, но зато ломку «предрассудков». Получается «оригинально» и «смело», и этот нарушитель-паразит добивается популярности. Пример — матерный язык в литературе. Избегая его, порядочные авторы создают непорядочному писаке возможность пооригинальничать.
О выборе темы можно также почитать у А. Шопенгауэра в «Афоризмах житейской мудрости», гл. 4.
Возможные степени внимания автора к некоторой теме:
проигнорировать;
упомянуть, затронуть;
рассмотреть в общих чертах;
изложить подробно;
представить исчерпывающе;
представить излишне подробно.
Изложение некоторой темы может получиться само по себе слабым и даже не иметь шансов на отдельную публикацию. Но если оно оказывается в составе книги, написанной на более широкую тему, оно может стать вполне приемлемым. Иначе говоря, если несколько тонких плохих книг объединить в одну толстую, может получиться неплохо.
