"Ваше письмо и набросок статьи читал… Мои замечания: 1) Я против того, чтобы Вы называли себя "учеником Ленина и Сталина". У меня нет учеников. Называйте себя учеником Ленина, Вы имеете на это право… Но у Вас нет оснований называть себя учеником ученика Ленина. Это неверно, это лишне".
Документ № 2[283]:
"Я никогда не считал себя и не считаю безгрешным. Я никогда не скрывал не только своих ошибок, но и мимолетных колебаний".
Документ № 3[284]:
"16 февраля 1938 г. (в Детиздат). Я решительно против издания "Рассказов о детстве Сталина". Книжка изобилует массой фактических неверностей, искажений, преувеличений, незаслуженных восхвалений. Автора ввели в заблуждение охотники до сказок, брехуны (может быть, "добросовестные брехуны"), подхалимы. Жаль автора, но факт остается фактом. Но это не главное. Главное состоит в том, что книжка имеет тенденцию вкоренить в сознание советских детей (и людей вообще) культ личности вождей, непогрешимых героев. Это опасно, вредно. Теория "героев" и "толпы" есть не большевистская, а эсеровская теория. Герои делают народ, превращают его из толпы в народ — говорят эсеры. Народ делает героев — отвечают эсерам большевики. Книжка льет воду на мельницу эсеров, будет вредить нашему общему большевистскому делу. Советую сжечь книжку. И. Сталин".
Было бы, конечно, рискованно настаивать на том, что Сталин в этих случаях был абсолютно искренен. Но нынешний секретарь ЦК КПСС и лейб-биограф Сталина Поспелов ("Краткая биография Сталина") еще в октябре 1953 года уверял партию в безусловной искренности Сталина[285]. Теперь Поспелов, как секретарь ЦК по пропаганде, уверяет нас вместе с Хрущевым в безусловной неискренности Сталина, причем все это происходит после смерти последнего. Спрашивается, какой Поспелов клевещет на Сталина: Поспелов — автор доклада в Академии наук в октябре 1953 года или Поспелов — автор постановления 30 июня 1956 года? На этот наивный вопрос нельзя ждать серьезного ответа. Но важно следующее: если бы даже Сталин был неискренен, отвергая свой собственный культ, то члены Политбюро имели основание, даже прямое указание от самого Сталина "сбавить тон" и соблюсти меру. Но этого не случилось, и не случилось по весьма прозаическим причинам: во-первых, превознесение Сталина было непременным условием карьеры, во-вторых, оно же гарантировало и сохранение жизни (до поры до времени).
Изумительными по своему нравственному цинизму надо считать действия Сталина с его "Краткой биографией", о которых Хрущев доложил съезду. Желая окончательно похоронить вчерашнего бога перед его вернейшими фанатическими поклонниками, Хрущев продемонстрировал моральную низкопробность диктатора на примерах низости, которые больше всего и вернее всего могут возмутить чувство представителей так называемой "коммунистической этики".
