– Твоя Сара, старая шмара, требовала от кафров войсковую операцию! – прорычал Чак. – Понял?! И был бы у тебя шагоход всмятку! Это уже моя идея – отогнать… Ну да, именно отогнать. Просто сбить с курса, чтобы ты не пошел через биостанцию и не наломал там дров. Строго говоря, тебе от нас ничего не грозило. Хотели немного попугать дурака и завернуть на восток. Мы уже, в общем, поняли, что ты не боец… А кто ты, собственно, интеллигент хренов? Галстук, блин, напялил…
– Эксперт концерна «Рособоронтех», мирового лидера по производству уникальных, не имеющих аналогов вооружений! А вот и оно!
Звук крадущегося в ночи шагохода – это страшно, даже когда ты знаешь, кто сейчас придет, и уверен, что он на тебя не набросится. Характерное свистящее гудение ни с чем не перепутаешь, и оно впечатляет. Уж на что Чак был готов к встрече с Черным Джонни Уокером, и то попятился.
«Избушка» вышла из сумрака и остановилась рядом, тяжело пыхтя.
Железный дьявол. Стальной демон. Знай наших, земляк.
– Чтобы у вас не было иллюзий, Чак, она умеет охренительно топтать и давить, – сказал Леха. – Проверено воинами Сан-Эскобара, их кровь на лапах еще не засохла.
Чак наконец-то поглядел на него.
– Это было так круто, что меня стошнило, – добавил Леха тихонько.
И увидел, что теперь ему поверили.
– ТЫ ЧЕГО СТОИШЬ, ДЕБИЛ?! – рявкнули сверху. – БЕГОМ!
Чак обреченно покачал головой и трусцой убежал к пикапам.
Вернулся он через минуту в сопровождении пары бойцов, навьюченных канистрами.
– Извините, я сам, – сказал Леха. – Вам туда не надо.
– Да не очень-то и хотелось, – буркнул Чак. – Эта баба у меня вот где. Лишняя минута без нее – праздник. Старая плесень.
– Что-то личное? – участливо поинтересовался Леха.
– Старая потаскуха, – сказал Чак и отвернулся.
– Ишь как вас угораздило… – посочувствовал Леха и полез наверх, держа в одной руке канистру.
Это оказалось неожиданно тяжело. Он попросил Рамону посадить машину на корточки, и всё равно уже на третьей ходке взял не топливо, а воду, потому что без солярки в Африке просто грустно, а без воды – смерть. В башне Сара, действительно с ножом у горла, встречала каждое появление Лехи взглядом, полным ненависти и отчаяния. Наверное, леди-боссу было противно, что ее меняют на пошлое дизельное топливо… Осталось еще три канистры. Леха с трудом сполз вниз по ноге «Избушки» и решил передохнуть хоть минуту.
– Честно говоря, мне Сара тоже не нравится, – сообщил он убитому горем Чаку. – Буду счастлив от нее избавиться.
– Ха! А что в ней может нравиться? Африканерская шлюха, продалась эскобарцам за вечную молодость, – процедил Чак. – Только они забыли ей сказать о побочных эффектах. Они те еще затейники…
– А какие эффекты?
– Психика ломается. Начинаешь презирать людей.
– А-а… – протянул Леха понимающе. И не удержался: – А ты за что продал родину… земляк?
Чака будто тоже под дых ударили. Сначала он съежился, а потом так переменился в лице, что Лехе стало не по себе.
– Лучше извинись, с-сука… – прошипел Чак, поднимая автомат. – А то я за себя не отвечаю… А то я сейчас…
Он не успел договорить. «Избушка» резко встала в полный рост, крутанула башней и плюнула огнем назад, в темноту.
Заложило уши, по глазам ударило яркое пламя из казенников пушек, густо дунуло пороховой гарью. Сверху посыпались гильзы, и Леха метнулся под брюхо машины. Чак прыгнул следом и вцепился ему в воротник.
– Меня! Пацаном! Увезли! – заорал он, перекрывая грохот пушек. – Я! Не виноват! Ты понял?! Я! Не! Виноват!
– Извини! Честно!
«Избушка», содрогаясь, вбивала в сумрак огненные лезвия. Бац! Бац! Бац!
Мимо пробежал бронескафандр, молотя из тяжелых пулеметов с обеих стальных рук. Следом выскочил и ушел куда-то в сторону второй, пушечный. Тут и там ночь вспарывали трассеры. Потом неподалеку глухо шлепнуло. А вот и минометы. Сверху противно задребезжало и полетели искры. Кажется, в башню попали из стрелковки.
– Я! Вас! Всех! Не-на-ви-жу! – надрывался Чак. – Всех! Не-на-ви-жу!
Леха уже чувствовал, что вот-вот рехнется, когда Чак схватился за ухо, вслушался, кивнул, ткнул его пальцем в грудь, приказал: «Стой! Прижимай их! Держи позицию!» и бросился к своим.
Тут «Избушка» дала еще одну короткую очередь, и Чака накрыло водопадом гильз. Лехе показалось, он услышал колокольный звон, с которым железяка долбанула наемника по черепу. Чак упал, как подкошенный, а Леха, недолго думая, взвился по ноге машины вверх. Просто-таки молодым задорным гиббоном, совсем не чувствуя ни боли, ни усталости.
С воплем: «Уходим!!!» он нырнул в люк, стараясь так извернуться, чтобы не упасть на голову Рамоне. Удачно приземлился рядом и снова крикнул: «Уходим, ну!».
Он совсем оглох, совершенно одурел и не замечал, что кричит по-русски.
Рамона тем не менее поняла команду, прыгнула в кресло и рванула машину с места. Плюясь огнем назад, «Избушка» стремительно бросилась наутек.
Леха не удержался, взмахнул руками – и полетел носом.
Прямо Саре между ног.
Повезло, мог ведь и головой в стену.
