– Ты разговаривал по телефону с Биллом, когда тот исчез. Я слышала. Речь шла о деньгах. И всплыло имя Аткинса, – пояснила Хелен. Джефф лишь молча отвернулся. – Все эти годы мне было тяжело, поскольку ты занялся спелеологией, – продолжила она. – Ты ведь знаешь, как после случая с Ричардом я отношусь к пещерам; я постоянно за тебя волнуюсь. Потом появился Дэйв Аткинс, и стало еще хуже. А теперь ты вместе с ним во что-то ввязался! – Хелен уже кричала. – Скажешь, нет? Этот человек стал проклятием моей жизни. Я рада, что он мертв, но ты…
– Я больше не хочу ничего слышать! – крикнул в ответ Уитакер и выбежал из дома.
В Верхнем Уорфдейле стоял тихий солнечный день, по небу медленно плыли большие белые облака. Со дна долины фигурки пешеходов с рюкзаками, продвигавшихся по склону к вершине холма, казались крошечными, словно муравьи. У реки клевали носом ловцы устриц, а над водой резвились и ныряли береговые ласточки.
На придорожной стоянке возле скопления полицейских машин застыли фигуры Олдройда, Картера и Стеф. Отказавшись от привычных одеяний, сегодня детективы облачились в комбинезоны и защитные каски. Рядом с ними застыли еще несколько человек, явно чувствовавших себя более привычно в подобных нарядах.
Олдройд показал Алану Уильямсу карту, но тот лишь покачал головой.
– Я по-прежнему думаю, что мы зря тратим время, инспектор. Уинтерс-Джилл – не полноценная система, она просто ведет в грязный тупик. Он никому не интересен, к тому же вызывает некое неприятное чувство сродни клаустрофобии.
– Да, только взгляните на это. – Олдройд достал ксерокопию стихотворения Хавертуэйта.
Прочитав, Уильямс вскинул брови.
– Что это? Я никогда не слышал ни о каком Дьявольском проходе.
– Это старинное стихотворение, написанное человеком по фамилии Хавертуэйт, одним из первых исследователей пещер.
– Да, о нем я слыхал. В те дни все было примитивно. У исследователей не имелось оборудования, они никогда не заходили слишком далеко. – Уильямс взглянул на Олдройда с некоторым сожалением. – Значит, по-вашему, это наводит на мысль о проходе, ведущем из Уинтерс-Джилл к Отстойнику? Не слишком веская причина соваться в пещеру.
– Нет, но я убежден, что связь должна существовать. Это единственное разумное объяснение случившегося. Проход нелегко найти, иначе вы обнаружили бы его еще много лет назад. Он хорошо скрыт, почти заблокирован или что-то подобное. Такое ведь возможно, верно?
– Да, возможно, – нехотя признал Уильямс. – Пещеры не статичны, пусть даже большая часть изменений происходит очень медленно. Камни падают, одни проходы блокируются, другие открываются, коридоры становятся шире или у́же… Сто пятьдесят лет – долгий срок.
Олдройд представил себе подземный мир, лежащий у них под ногами. В основном он развивался с медлительностью геологического времени, в котором сталактит и сталагмит могли соединиться лишь через тысячу лет. Однако порой случались быстрые, непредвиденные события, способные мгновенно изменить рельеф и очертания системы.
– Взгляните сюда. – Олдройд указал на карту. – Если я правильно понимаю, именно здесь две системы находятся ближе всего. Немаловажно, что это место расположено недалеко от входа в Уинтерс-Джилл, ведь мы говорим о переносе тела.
Уильямс все еще был настроен скептически.
– Да, здесь две системы ближе всего подходят друг к другу, и Отстойник неподалеку от этой точки. Звучит правдоподобно, но… – Он покачал головой. – Так что вы от нас хотите?
Олдройд пожал плечами.
– Давайте спустимся вниз и посмотрим,
Подойдя к Стеф, Картер оглядел ее с ног до головы.
– Тебе идет.
– Спасибо, – рассмеялась она. – Хочешь сказать, что у меня ужасная фигура, которую с таким же успехом можно скрыть под этой бесформенной штукой?
– Нет, но ты выглядишь как-то правильно, словно отлично знаешь, как вести себя там, внизу. Для меня же спуск под землю ограничивается линией метро Пикадилли, где сухо и светло.
– Ты справишься. Держись поближе ко мне, и я тебя защищу.
По телу тут же прокатилась волна возбуждения, однако Картер твердо напомнил себе, что он на службе и внизу в пещерах нужно вести себя строго профессионально.
В этот миг их окликнул Олдройд, и все собравшиеся двинулись по короткой тропинке через поле к ручью. Оглядевшись, Картер не заметил никаких следов пещеры или выбоины – только бархатистая трава, служившая пищей для овец, и изъеденные непогодой бело-серые выступы известняка. Они достигли ручья, в котором не было ни капли воды, лишь пересохшее русло. В этой загадочной известняковой стране вода постоянно появлялась и исчезала.
На земле виднелся некий предмет, походящий на старую металлическую крышку от мусорного бака. Подойдя ближе, Алан Уильямс поднял ее.
– После вас, инспектор, – проговорил он.
Олдройд быстро спустился в яму и исчез.
– Что за… – пораженно выдохнул Картер.
Стеф рассмеялась.
– Некоторые из входов в пещеры раскопаны самими спелеологами. Они закрывают их крышками, чтобы внутрь не хлынула вода.
