— Будильник выключи… — сонно пробормотала Света и повернулась на другой бок — досыпать.
Разлепил глаза, подумав: «Приснится же такое!». Выключил будильник, укутал жену одеялом и на цыпочках пошел в ванну. Посмотрел на себя в зеркало.
— Ну и рожа у тебя, Шарапов… — проворчал я недовольно, разглядывая собственное отражение.
Видимо, как вчера заснул вниз лицом, так за ночь ни разу не повернулся. На физиономии складки — от уха ко рту. Скажи кому, что вчера выпил всего полстакана шампанского, никто не поверит. Но ничего, умыться ледяной водой, побриться — и буду снова как огурчик.
Но с бритьем вышел неожиданный облом — «Харьков» зажужжал, пискнул на прощание, и тут же сдох. Я провел рукой по отросшей за ночь щетине — непорядок! Достал из шкафчика помазок в стаканчике и старый станок для бритья. Рядом лежала пачка лезвий «Нева», я такие помнил и по своей прежней жизни. Развернул синий конвертик с желтым корабликом сбоку, достал лезвие и хмыкнул — самое плохое из всех возможных. Даже тот же «Спутник» был бы предпочтительнее. А еще лучше лезвия марки «Ладас», их делали по европейским стандартам где-то в Прибалтике. Странно, что у Медведева их нет.
Нагрел воды, взбил в стаканчике мыльную пену и щедро намазал щеки. Проводил станком, стараясь быть аккуратным, но все равно лезвие страшно драло. После бритья к морщинам на щеках прибавились царапины. Да, видок у меня сегодня не фонтан, надеюсь, на работе сделают скидку на праздник — все-таки Новый год.
На работу прибыл к восьми, пораньше сменил Солдатова. Тот глянул на мою изодранную физиономию и хмыкнул:
— Смотрю, праздник удался?
— Ладно тебе, — отмахнулся я. — Рябенко уже на месте?
— Да. Слушай, Володь, а он вообще когда-нибудь отдыхает? — Солдатов дал мне журнал, я расписался в приеме дежурства.
— Не знаю, мне иногда кажется, что нет.
Легок на помине — Рябенко открыл дверь и вошел в домик охраны. Он снял папаху, стряхнул с нее снег и водрузил на стол.
— Ну что, товарищи офицеры, с наступившим Новым годом? — генерал глянул на мои исцарапанные щеки и вопросительно поднял брови.
— Электробритва сдохла, — счел нужным пояснить я.
— Бывает, — Александр Яковлевич подождал, пока Солдатов уйдет, и продолжил уже после того, как за ним закрылась дверь:
— Твоя информация о готовящихся терактах полностью подтвердилась. Взяли организаторов и исполнителей. Сейчас с ними плотно работают наши контрразведчики. Как ты и предполагал, ниточки тянутся за рубеж. Другое дело, что наверняка есть дублирующие исполнители. Всю неделю до восьмого числа и всю неделю после него будет усиленное патрулирование в тех районах, где планировались взрывы.
— А мне нельзя в этом поучаствовать?
Рябенко внимательно посмотрел на меня и подумал: «Не умрет своей смертью, неуемный. Эх, молодежь!», но сказал совсем другое:
— Запретить я, конечно, могу, но не буду этого делать. У тебя восьмого выходной, и никто тебе не мешает оказаться в метро или в магазине на Большой Лубянке. А пока давай приступай к выполнению своих обязанностей. И переключайся на текущие дела, а то зациклился, смотрю, на терактах. Времени впереди еще много, целая неделя.
Время — понятие субъективное. Оно то ускоряется, то тянется, как удав по стекловате. Для меня неделя пролетела мгновенно. В свои ближайшие выходные дни я с утра спускался в метро и выходил оттуда только вечером.
Восьмого января я уже с четырех часов был на станции метро Семеновская. Собирался проехаться вдоль «опасных» станций до конечной Щелковской. Перед входом в метро дежурила группа дружинников с красными повязками на рукавах. Спустившись по лестнице, заметил три милицейских наряда. По перрону, как это бывало обычно, прогуливались еще двое постовых. Каких-либо наших сотрудников в гражданском я не заметил. И это все усиление⁈ Взяли верхушку и успокоились? Формально подошли к такому серьезному делу? Я похвалил себя за то, что прислушался к своей интуиции и пришел сюда.
Стал пробираться сквозь толпу, ожидающую прибытия поезда, полностью сосредоточившись на мыслях людей, спешащих к вагонам. Разумеется, слушать всех вместе не получалось, потому фиксировался то на одном, то на другом, стараясь «просканировать» как можно большее количество людей.
Можно было прийти попозже, ведь знал точное время взрыва — семнадцать часов, пятнадцать минут. Взрыв произойдет минуты через три после того, как состав тронется со станции Измайловской в сторону Первомайской. Но это в моей реальности. Здесь уже взяли исполнителей, а вот во сколько сработает резервный вариант (если сработает), я не знаю.
