— Не все назначения, конечно. Но на многие из них родственные связи влияют, здесь я с вами согласен, — Вадим Николаевич вздохнул. — Кумовство в высших эшелонах власти процветает и боюсь, изжить его не получится. Но давайте вернемся непосредственно к Шевченко. Что вы еще можете сказать о нем?
— Наверное, больше ничего нового. Все уже сказано в докладных из Нью-Йорка. Рапорт Дроздова сколько времени лежит в папке без движения? Помнится, Юрий Иванович еще в семьдесят пятом году слал докладные из Америки о связях Шевченко с Госдепом и ЦРУ. А в ответ тишина. То есть установить прослушку в квартире дочери Брежнева — это у нас в порядке вещей. А отследить связи зама генерального секретаря ООН Шевченко — это сложно и даже невозможно. И так происходит, копни чуть поглубже, со многими ключевыми фигурами в международном отделе ЦК. И не только в нем. Повторюсь — рыба гниет с головы. Взять того же Гвишиани. До сих пор на свободе и ведет свою деятельность.
— Гвишиани сегодня ночью арестован. Дает признательные показания. А вот с утра, в связи с его арестом, ожидается серьезный скандал. Наверняка к Леониду Ильичу пойдут просители. Прежде всего Косыгин. Будет ходатайствовать за зятя.
— Такой арест нельзя произвести без санкции Генсека, — заметил я. — Как вам удалось получить разрешение Брежнева?
— Вы лучше спросите, как мне удалось обойти резолюцию Политбюро, — он усмехнулся. — Вопросы безопасности государства не должны решаться коллегиально, но у нас это именно так. Кстати, я так и сказал Генсеку. А на Гвишиани у меня уже внушительное досье. Только вот Андропов очень долго сомневался. Непростительно долго. Я с большим трудом продавил этот арест.
Удилов задумался на секунду, потом продолжил:
— Но вернемся все-таки снова к Шевченко. Тоже ваши пророческие сны о будущем? — с легкой иронией усмехнулся Вадим Николаевич.
— Совершенно верно. На календаре семьдесят восьмой год. В кабинете собрание. Андропов распекает начальника Второго управления в связи с тем, что заместитель Генерального секретаря ООН по политическим вопросам и делам Совета Безопасности попросил политического убежища в США. Можете подождать и проверить, до семьдесят восьмого года осталось не так уж много времени… Но я бы все-таки поднял докладные записки Юрия Ивановича Дроздова, где он выражает сомнения в поведении Шевченко. А если им дать ход, думаю, успеем сохранить множество секретов.
— Будет скандал. Первое главное управление не любит, когда лезут в их епархию. Придется через их голову действовать. Подумаю, как это сделать. Вам спасибо за информацию, Владимир Тимофеевич! И чего им всем не хватает? Ведь как сыр в масле катаются все эти международники.
— Жадность — мать всех пороков, — скривился я в презрительной усмешке. — Им не хватает службы собственной безопасности. Давно пора проверить в первую очередь Комитет и МВД. Вообще ряды чекистов. Причем проверку провести очень серьезную.
— Поднимется крик, что начинается новый тридцать седьмой год, — сказал Удилов, хотя вряд ли его пугало мнение большинства. — Вы же знаете, что все руководители Комитета, начиная с Шелепина, не кадровые чекисты, а пришли из партийных и комсомольских органов. Одним из условий их работы было негласное соглашение о том, что тридцать седьмой год не повторится.
— Я это знаю, пусть даже на уровне слухов, — ответил я. — Но вы сами скажите, что бы сделал товарищ Сталин, живи он сейчас?
— Точно не думал бы о том, что делать с Яковлевым. И о скандалах во власти бы тоже не думал, — Удилов улыбнулся, впервые от души, широко.
— А вот будь вы начальником Управления собственной безопасности, с кого бы вы начали проверку? — спросил Вадим Николаевич, и я вдруг почувствовал себя соискателем, чье резюме рассматривает большой начальник. Потряс головой, прогоняя ненужную ассоциацию. Управление собственной безопасности — контора серьезная. Её значение в государстве такое же, как значение иммунной системы в организме. Это управление должно мгновенно реагировать на любые проявления коррупции, кумовства, использования служебного положения в личных целях и еще целого ряда нарушений в работе нашей Конторы.
— С Пирожкова, — уверенно ответил я. — Я бы начал именно с него. Управление кадров КГБ. Набором руководит он. Давно надо проверить этого персонажа. Также я бы ввел еще проверку доходов и расходов наших сотрудников.
— Предложение своевременное. Действительно имеются некоторые сомнительные моменты в деятельности Пирожкова. А подобраться не можем, полномочий нет.
