Краем глаза я отметил, как побледнел Яша Ювелир.
Слесарь открыл ящик с инструментом и, вытащив небольшую кувалду на короткой ручке, быстрыми точными ударами сбил едва успевшую схватиться штукатурку. Мелкая металлическая сетка, на которую наносился раствор, была прибита гвоздями к деревянной раме косяка. Отодрав ее вместе со штукатуркой, слесарь приглашающим жестом указал нам на итог своей работы. Нашим глазам предстала потемневшая от времени деревянная дверь, старая, еще дореволюционной работы.
Итак… Потревоженные стуком «крысы» наверняка уже побежали прочь. И прямо в руки операм, которых я оставил у ближайших выходов. Даже интересно, какую «рыбу» мы там поймаем?
Освобожденная от штукатурки дверь была закрыта, но замочная скважина тщательно залеплена изолентой, явно в расчете на будущее использование.
— Ой, таки скорую не вызвали! — запричитал Яша, оседая на кожаный диван. — А я имею сообщить, что сердце у меня больное…
Переключая внимание на себя, Бронштейн опять пытался тянуть время.
— Выведете его на воздух, — приказал я участковому. — До Склифосовского два шага пешком. И сами останьтесь охранять, чтоб не сбежал. Отвечаете головой.
— Ой, нет-нет, уже прошло, — тут же «выздоровел» Яша, — я лучше тут останусь, вдруг вам помощь понадобится…
— Так, что, ломаем? — с нажимом сказал Трошин. — Не жалко такую хорошую дверь портить? Может, сами откроете?
— Я таки эту дверь вижу впервые, и раньше с ней знакомства не имел. Открыть ее — таки ваша задача, — не сдавался Яша. — А дверь, как вы правильно подметили, хорошая. Такое сокровище больших денег стоит. Потому не могу таки с вами не согласиться — жалко, очень жалко…
Ломать эту дверь Трошин на самом деле не собирался, а просто достал связку отмычек. Пока он занимался замком, вошел один из оперативников, который охранял вход в подвальные помещения из столовской служебки. Он шепнул мне:
— Взяли четверых. Увозить? Или вы будете присутствовать?
— Пока пусть в автозаке посидят, — мне было очень интересно, кого спугнул наш стук, но я оставил «знакомство» с задержанными на потом.
Довольно быстро и умело майор Трошин справился с замком. Спрятав отмычки, с силой толкнул дверь плечом. Посыпалась побелка, дверь со скрипом открылась — и перед нами открылся проход.
Оставаясь наготове — мало ли какой пьяный придурок или наркоман выскочит из темного угла — мы друг за другом медленно вошли в таинственный игровой притон.
Выглядел он весьма атмосферно. Полумрак подземного зала освещался большими лампами с зелеными абажурами. Они висели так, чтобы освещать только стол и игроков, оставляя остальную часть зала затемненной. Игорные столы, как и положено, были затянуты зеленым сукном. Имелась даже настоящая рулетка. А у дальней левой стены — барная стойка с шикарным ассортиментом напитков. В воздухе плавал запах дорогого парфюма, табака и стойкого перегара. Видимо, ночка здесь была бурной и веселой.
Я подошел к центральному столу. В пепельнице еще дымилась сигарета.
— Да тут целое Монте Карло, — присвистнул опер. — Не ждали нас. Все как в шпионских фильмах про загнивающий Запад.
Я внимательно осмотрел помещение и заметил еще кое-что необычное.
— А скажи-ка мне, ты ничего в этой обстановке не находишь подозрительным? — поинтересовался у опера.
— Подозрительно, что в нашей стране вообще есть такие места. В самой столице устроить казино, это какую наглость надо иметь⁈ — возмутился опер.
— Я не об этом. Посмотри вокруг, что выглядит странно?
Опер покрутил головой и вмиг сообразил, о чем я:
— Окон нет, а занавески висят. Как бы создавая красоту и уют, но все-таки…
— Правильное «но все-таки», молодец. И что же они скрывают.? — я прошел к стене с портьерами, отодвинул одну…
И рассмотрев человека, робко жавшегося в нише, рассмеялся:
— Юрий Михайлович, какая встреча! В прятки играем, товарищ генерал? Или случайно мимо проходили?
Чурбанов, собственной персоной! Пьяненький, глаза красные. Видимо, как вчера завез Галину Леонидовну к Джуне, так и сидел всю ночь за игрой. Но теперь понятно, почему он помогал преступникам. Карточный долг — наиболее вероятная причина.
— Отвезите Юрия Михайловича домой, — распорядился я. —. Пусть пока отсыпается.
— Не имеете права, я генерал! Замминистра внутренних дел! — едва ворочая языком, попытался возмутиться Чурбанов. Он сделал шаг вперед, но покачнулся и едва не упал. Ясно, почему не убегал с остальными — не смог дойти до лестницы, вот и спрятался в ближайшем укрытии.
Оперативник увел зятя Брежнева, едва не волоча его на себе.
Майор Трошин, не вмешивавшийся в наши вопросы с Чурбановым, все это время изучал обстановку.
— Здесь много интересного ожидается, — довольно сказал он, потирая руки.
— По остальным делам — это вы уже без меня. А пока давайте снова займемся подозреваемым. Все-таки коллекция Бугримовой найдена не полностью.
Я вернулся в зал, где на диване болел и страдал' Яша Ювелир.
— Встаньте с дивана, пожалуйста, — попросил я Бронштейна.
