— Слушай, так а почему бы твоей маме не переехать в Арклан? — неожиданно спросила Гинни. — Будет рядышком с тобой. Да и места тут хорошие, спокойные. Жители дружелюбные.
Я перестала рыдать и замерла, обдумывая ее идею. Потом со вздохом покачала головой.
— У нас и средств нет, чтобы снять ей жилье. Да и как работу найти? Я вот сама с этим столкнулась. Если бы не вы с Дейном, вряд ли бы меня куда-то взяли.
— С работой разберемся, — отмахнулась Гинни. — Это для пришлых трудно. Наши неохотно берут чужаков. А ты теперь наша. И мама твоя тоже будет. А остановиться она может прямо у нас. Домик, конечно, небольшой, но ничего — потеснимся.
— Гинни… — на мои глаза снова навернулись слезы, на этот раз счастливые. — Не представляешь, как я тебе благодарна! А Дейн против не будет?
— Уверена, что не будет, — она подмигнула мне. — После рождения малыша он с ног сбивается, лишь бы все мои желания выполнить. Да и к тебе хорошо относится.
— Как же я рада, что меня свела судьба с тобой и Дейном, — искренне воскликнула я, потянулась через стол и сжала ее маленькую ручку.
— Да перестань ты, — смутилась женщина. — Ничего особенного мы не делаем. А ты садись за письмо для мамы, не мешкай.
И я тут же вспорхнула с места и бросилась за письменными принадлежностями. Душа прямо пела — как же замечательно все решилось! Теперь лишь бы мама не заартачилась и захотела переехать в Арклан. Тогда все коварные планы лорда-наместника полетят прахом.
Выходя в конце трудового дня с почты, я вдруг застыла столбом. Мимо как раз проходила веселая компания, направляясь в сторону постоялого двора господина Дамьена. Посетила неожиданная идея. Вспомнила, как полутролль говорил о том, что ему кухарка хорошая нужна. А ведь стряпню моей мамы даже придирчивый лорд Медлент хвалил! И что бы там ни говорили о вредном характере хозяина постоялого двора, со мной он повел себя очень даже достойно. Уверена, что и маму не обидит. Тем более она уже выросла из того возраста, чтобы привлекать внимание пьяных мужланов, жаждущих женской ласки. Да и не с ее характером спускать такое. Мамочка за себя постоять сумеет — я не раз в этом убеждалась.
Помню, как иногда ходила с ней на рынок, и как она строила местных продавцов, желающих ей что-то втюхать по завышенной цене. Но такой она была, только когда возникала необходимость. Обычно вела себя скромно и с достоинством, что всегда ценила покойная леди Медлент.
Идея о переезде мамы в Арклан захватывала все сильнее, пока я решительно направлялась в заведение господина Дамьена. Я почти не обращала внимания на окликающих меня иногда любителей развлечений, с наступлением вечера наводнивших улочки Арклана. В основном адепты Академии, но встречались и приезжие, остановившиеся здесь по пути в Сайдер. Последних я уже легко отличала от местных жителей по говору и манере поведения. Нацепив на лицо невозмутимое выражение, я игнорировала неуклюжие попытки познакомиться, и шла своей дорогой. Пока обходилось без ненужных осложнений.
И все же порог самого заведения я переступала с опаской. В лицо тут же дохнуло чадом от очага, прогорклым жиром и выпивкой. Оглушили голоса и смех многочисленных посетителей. Похоже, постоялый двор на правах единственного центра здешних развлечений пользовался огромной популярностью. За грубыми деревянными столами сидели посетители, а хорошенькие разносчицы, в основном человечки, обслуживали столики, кокетничая с гостями и принимая шлепки по ягодицам. Я поморщилась, отыскивая глазами хозяина.
Знакомый охранник, которого, как я помнила, звали Пирл, сидел сейчас за стойкой, лениво оглядывая помещение. Господина Дамьена нигде не было, и я решила обратиться к орку. Едва оказалась в поле зрения посетителей, как меня оглушили свист и похабные возгласы:
— Эй, красотка, к нам иди!
— Рыжая, выпить хочешь?
— Крошка, давай развлечемся!
И прочее в том же духе. Поморщившись, постаралась не обращать внимания и продолжила путь. Кто-то обхватил меня за талию, когда проходила рядом и, не успев опомниться, я оказалась на коленях у хохочущего мужика.
— Посмотрите, какую я рыбку поймал!
— Пусти! — процедила я, с досадой отмахиваясь от норовящих меня облапать рук.
Разумеется, мой протест остался без внимания, тогда я красноречиво покосилась на свое плечо, где на мантии пламенела эмблема военного факультета.
— Если не хочешь, чтобы я в тебя парочкой заклинаний зарядила, руки убери!
Конечно, я отчаянно блефовала. Заклинания мы будем учить только на втором курсе. Да и то, не уверена, что с моим нулевым запасом магии хоть одно бы подействовало. Но мужик ведь об этом не знал — вдруг прокатит.
Не прокатило…
— Ух, какая грозная человечка! — просюсюкал пьяница с фальшивым уважением. — Небось, у дружка своего одолжила одежку, — добавил он и бесцеремонно полез мне под мантию.
Вот тут я и осознала всю пользу уроков мастера Кулака! Тело само среагировало, и я ловко вывернула ему руку, заломив пальцы. Мужик охнул, уже не так весело глядя на меня.
Его трое дружков захохотали так, что чуть со стульев не попадали. Я же соскочила с коленей идиота и прошипела:
