Прежде всего следователь отправился в редакцию газеты «Вечерний Бельск». Он поднялся на третий этаж, прошелся по коридорам совершенно пустого здания. Двери всех помещений были распахнуты, везде царил погром. На полу валялись бумаги и газеты, перевернутые и поломанные столы, разбитые мониторы. Груды мусора загромождали проходы. По коридорам ветер разносил клочки газет и вырванные книжные страницы.
«Кончилась газетка», – подумал Стаев.
Спускаясь вниз, на лестнице он наткнулся на молодого человека с усиками. Они изучали друг друга несколько секунд. У парня светился фиолетовый фонарь под глазом, а подбородок украшал свежий кровоподтек.
– Здрасьте, – процедил молодой человек.
– Так ты журналист? – воскликнул Стаев. – Ты информацию сливал?
– Ну и сливал! – с вызовом ответил молодой человек и почесал в затылке. – А что такого? У каждого своя работа! Но я чистую правду писал! Последний выпуск читали? Ну вот… После этого в редакции банда каких-то молодчиков погром устроила. Кому-то не понравилось мое расследование. А еще гла-а-аасность! Свобода сло-о-ова!
Молодой человек выпятил нижнюю губу.
– Ладно-ладно. Выкладывай, что еще разнюхал!
Молодой журналист подумал, наклонился к Стаеву и провел пальцем по жидким усикам.
– Теперь-то уже все равно. Вы в курсе, что все дети, которые пришли на Орлиную гору двадцать седьмого июля, учились в двух школах, где преподавал Шайгин?
– Информация интересная. Что еще?
– Найден поджигатель Комовского бора. Помните такого родителя, усатого, без двух пальцев? Так это он. И еще…
– Одну минуточку!
Какой-то человек в черном костюме и белой рубашке без галстука скатился сверху по лестнице. Через секунду он стоял между Стаевым и журналистом. Капитан заметил еще одного на площадке внизу.
«Иванов и Сидоров!» – сообразил Стаев.
– Ты Берендеев? – обратился незваный гость к журналисту. – Пошли со мной.
– Постойте! – попытался вклиниться следователь.
– А вас, господин Стаев, я бы попросил не вмешиваться, – сказал неизвестный. – Свою работу вы уже выполнили.
В его словах сквозила ирония, но капитан ничего не сказал. Он вышел следом и видел, как «Иванов» и «Сидоров» затолкали журналиста в старую зеленую «шестерку», которая тотчас отъехала. Проводив ее взглядом, капитан снова отправился в «старый город», где располагался завод «Прибор» и проживал Шайгин. На этот раз он совершил рейд по школам.
В гимназии № 45 его встретили настороженно. Завуч, полная дама с круглым лицом, едва кинув взгляд на прихваченное Стаевым фото, тотчас всплеснула руками.
– Ох, это же Сергей Жуков! Он учился в седьмом «В».
– А почему учился?
– Родители забрали документы буквально неделю назад. Сказали, что переезжают. Но почему так спешно? А у нас, получается, нынешней осенью ужасный недобор. Представляете, сразу двадцать человек выбыло. Все из седьмых классов. И это в самом начале учебного года! Впрочем, вы и сами все знаете…
Она снова стала подозрительной.
– М-м-м… А Шайгин в этих классах преподавал?
– Антон? Ну конечно! – Она задумалась и через минуту спросила: – Думаете, это как-то связано с происшествием в «Белочке»?
– Не знаю. Возможно.
Она помолчала и повернула к Стаеву круглое лицо с густо подведенными бровями.
– А с инцидентом в актовом зале зимой?
– Каким инцидентом?
– Я же вам рассказывала! – удивилась завуч и подняла на Стаева взгляд.
Ее нарисованные брови зашевелились, а маленькие подведенные глазки прищурились.
– Или это были не вы? У вас удостоверение есть? Вы вообще кто? Ну-ка давайте-ка отсюда.
Завуч замахала руками.
– Да что с вами?
– Прошу вас, уходите! – зашипела она. – А то нам обоим достанется. Мне вообще запретили на эти темы разговаривать. Тут трое до вас приходили. В черных костюмах. Я думала, вы один из них.
Перед уходом Стаеву все же удалось вытребовать у круглолицего завуча список выбывших учеников. Он попрощался, сделал вид, что уходит, но по пути к лестнице завернул в другую сторону и пробрался в учительскую. Здесь он отыскал журналы седьмых классов и выдрал из каждого страницы с личными данными. Совершив этот акт вандализма, капитан вышел на улицу через задний ход.
Прежде чем отправиться по адресам, Стаев на всякий случай заглянул в школу № 123. И директор, и завуч отказались беседовать с ним, но от словоохотливого плотника он узнал, что и здесь нынешней осенью наблюдалась недостача аж двадцать два человека. И все ученики седьмых классов. Итого – сорок два человека, сделал вывод Стаев. Опять вспомнился мальчик Сергей Жуков. Цифра «42» синела у него на тыльной стороне ладони.
– Что ж, потолкуем с ним, – решил Стаев.
