«Словно свиньям горло перерезать… Только эти умирают молча», — усмехнулась она про себя. Иногда она замечала, что Эл перед убийством ненадолго замирает, сосредотачиваясь, — он явно считывал память жертвы. Но Тэлли не видела в этом смысла. Они уже узнали имена чиновников, фактически управлявших городом, а значит, и сетью пустынников.
Вот где она оторвётся.
Спустя часа полтора неспешного вырезания стражей Рокина, Тэлли поймала себя на мысли, что боль больше не скручивает её. Решив, что это связано с убийствами, она задумалась: где бы найти столько врагов, чтобы убивать до самой своей смерти без боли?
— Ты опять начинаешь? Почему, как только я хочу с тобой поговорить, ты думаешь о смерти?! — неожиданно ворвался в её мысли Юэ.
— Прости-извини, я правда не специально, — усмехнулась Тэлли странному совпадению.
— Ты ходила к травнице? Что она сказала?
— Что это долгая болезнь, и просто так её не вылечить, — стараясь не врать открыто, ответила Тэлли.
— Она объяснила тебе, как лечиться? Дала какие-то травы? — не унимался Юэ.
— Да, Юэ. Она всё объяснила и дала Элу, — хмыкнула Тэлли, ловя себя на игре слов.
— Эл спаривался с травницей? — удивился Юэ, уловив в её сознании образы.
— Да, мне кажется, она ему нравится.
— Тебе не обидно?
— А почему мне должно быть обидно?
— Но он же с тобой тоже спит.
Правый уголок губ Тэлли слегка приподнялся в подобие улыбки.
— Он не спаривается со мной, Юэ, — спокойно ответила она, использовав привычное для брата слово. — Мы просто спим друг с другом.
— Но ты же хотела раньше. Ты передумала? — не отставал он.
— У нас ничего не получилось. Да и он не заслужил такого уродства, — Тэлли вспомнила, как однажды пришла к Элу, когда они жили в горах. Тогда она хотела попробовать жить так, словно ничего не было. Но их лица и тела говорили об обратном. И они не смогли это преодолеть.
— Вам надо попробовать ещё раз. Эл любит тебя, я это видел в его глазах. Пообещай мне, когда выздоровеешь, вы попробуете ещё раз?
— Хорошо, Юэ, — легко согласилась Тэлли, зная, что скоро ни её, ни её духовного брата не будет в живых.
— Куда вы теперь? — спросил Юэ, наблюдая за миром её глазами.
Они с Элом уже вышли из башни, оставив за собой два десятка мёртвых тел.
— К чиновникам, что управляют всей сетью пустынников.
— А ты уверена, что именно они управляют? — в голосе Юэ слышалось беспокойство. Он снова переживал, что она может ошибиться.
— Да, нам на них указали. И в любом случае Эл сначала прочитает их память, прежде чем я их убью.
— Но здесь вы убили всех, не у всех читая память. Что если среди них были честные и добрые люди?
— Перестань быть моей совестью, брат. Этим ты ничего не добьёшься.
— Я переживаю за тебя. Ты словно катишься в пропасть, во тьму, из которой я не вижу просвета.
— Ты, как никто другой, знаешь, Юэ, что я уже давным-давно нахожусь на самом дне этой пропасти, в самой её тьме, — хмыкнула Тэлли.
Её всегда раздражали попытки Юэ достучаться до неё, заставить остановиться. Но на неё это не действовало. Единственное, что ещё удерживало её в жизни, — это коллекция чужих предсмертных вдохов. Они заставляли её сделать ещё один свой.
И вдруг Тэлли согнулась, сдавленная внезапной, разрывающей болью. Громкий стон сорвался с её губ, мир закружился, и она с наслаждением растворилась во тьме.
<p>Глава 12</p>Хейл с бергмарами только спустя пару часов смогли добраться до братства. Когда они наконец нашли его вход в Рокине, их встретила царящая там суматоха. Запросив аудиенцию у главы, Хейл сразу представился, кто именно хочет с ним пообщаться. Поэтому на встречу глава вышел почти моментально.
