- Ты ж видел его в воздухе, как он тебе? - Он дал мне стакан и сел в пилотское кресло по диагонали от меня. - Это пусть тебя не обманывает кожа, вышитый шелк, фанеровка. Обычная кожа, тряпье и пластик. А дальше все настоящее. - Он пальцем показал наружу, в сторону двигателя. - Два плоских шестицилиндровых "Лайкоминга" с нагнетанием, я из каждого на взлете выжимаю по триста сорок лошадиных сил. Покажи мне ещё самолет, который с шестью пассажирами отрывается от земли через двести ярдов.
- Да ещё с бутылкой виски, да со льдом, - добавил я.
Кен улыбнулся, мы выпили. Наваб явно считает, что хорошее виски весит ничуть не больше плохого.
- Я тебя понимаю, - сказал я. - Может, у меня все это потому, что я слишком долго был слишком беден.
- Хорошая мысль, запиши мне.
Выпили за хорошую мысль. В кабине было тепло, но не жарко, машина недолго стояла на солнце. Снаружи работала бригада заправщиков, двигались они, как сонные мухи. Кен достал сигареты, но, увидев заправочную команду, убрал их.
- Как там Ширли? - поинтересовался он.
- Я её больше не видел.
Он кивнул и сделался серьезным.
- Я все ещё хотел бы... А, сам не знаю чего.
- Ладно, не говори. Я знаю. - Я сделал большой глоток, а потом сказал: - Я тут сделал одно дело, пока тебя не было.
Он резко поднял голову и хмуро взглянул на меня.
- Я надеюсь, ты не натворил тут глупостей, пока дядя Кен был в отлучке?
- Это как посмотреть. Ты лучше выслушай, сейчас я тебе все расскажу.
Он медленно кивнул.
- Давай, рассказывай.
- Я заключил сделку с навабом и вернул ему драгоценности. - Кен оцепенел, а я продолжил: - Одна из вещей, которые я получил взамен, это пара писем. - Я достал их из кармана и передал Кену. - Думаю, ты слез с крючка. Он не может ничего выдвинуть против тебя. Ты теперь можешь снова жить на легальных условиях.
Он пробежал по бумагам.
- Но линчевать они меня могут. Скажем, там, в Пакистане.
- Это они могли и так и так сделать.
Кен убрал бумаги в карман.
- Надеюсь, ты получил не только это?
- Может быть, эти письма важнее, чем ты думаешь. Я лично нахожу это большим делом - свободно передвигаться по земле. Особенно при нашей работе.
Он усмехнулся.
- Свободно? С каких это пор?
Я пожал плечами.
- Ну, скажем, до какой-то степени. Все равно и это важно. Да, у меня действительно есть кое-что еще. Около пяти тысяч фунтов в долларах и швейцарских франках. И пистолет.
Он с удивлением смотрел на меня.
- Пять тысяч? Пять?! Господи!
- Наваб дает вознаграждение пять процентов. Я получил меньше из-за пистолета и других вещей.
Кен по-прежнему не сводил с меня удивленного взгляда.
- Представляю, что это за пистолет должен быть, - огорченно произнес он.
- Так получилось, что он мне нужен был. Он того стоит. Да ещё я взглянул на список утраченных предметов. Они не хотели мне его показывать, но вынуждены были.
- И ты теперь удовлетворен?
- Кажется, да. Теперь я знаю, где находятся остальные драгоценности.
Внутри кабины было очень тихо. Шум, производимый бригадой заправщиков, здесь заглушался и казался очень далеким. Бензозаправочная машина завелась и уехала.
Кен проводил её глазами, потом достал из кармана сигареты и предложил мне.
- Откуда ты знаешь? Ты действительно уверен? Почему?
- По логике вещей. Этот список показывает, что предметы, которые добыл я, вместе с предметами, выплывшими в Бейруте, являются частью всех тех ожерелий, серег и тому подобных вещей, которые были украдены. Все эти вещи с камнями и жемчугами составляли одну группу. Прочее же - драгоценные камни по резному жадеиту, нефриту или золотые работы. Это были оригинальные произведения мастеров.
- Ну и?
- Вот представь себе, что все это у тебя на руках. Что ты постараешься сбыть в первую очередь?
Он выпустил струю дыма под узорчатый потолок.
- Кажется, я начинаю понимать: ожерелья и все такое. Камни - их легко вытащить, поменять огранку. Жадеит и золото - это будет потруднее сбыть подпольно, конечно.
- Именно в первое время. Более половины стоимости жадеита и золота зависят от их резьбы или отливки, и это сделает их слишком легкими для идентификации. Что ж, хорошо, значит, ты придерживаешь их до тех пор, пока не будешь на все сто уверен в рынке сбыта. Первым делом ты пошлешь несколько предметов - скажем, штуки три - и посмотришь, надежного ли ты нашел себе покупателя. Так и выплыли в Бейруте те предметы, которые они нашли. Потом ты пошлешь остальное из того, что легче сбыть. Последними пойдут жадеит и золото. Мы вторглись во вторую стадию.
Кен нахмурил брови.
- Значит, остальное - где-то в Афинах или около? А у тебя что, есть какие-нибудь соображения - где?
- Не в Афинах. Микис нажил беду, когда попытался отослать то, чему надо было дать полежать. Все эти сложности - послать в Бейрут через Триполи, потом с караваном - явились результатом паники. Он думал, что наваб контролирует прямой путь на Бейрут. Если бы у Микиса было ещё что-нибудь - он и то послал бы тоже. Но у него больше ничего не было. Остальное - там, куда оно прибыло. На острове, где разбился самолет.
