В моей голове вспыхнула единственная мысль — броситься в самую гущу схватки, добежать до Аурелии и любой ценой вытащить её из этого кровавого кошмара. Но демоница, сумевшая сохранить хладнокровие и прочитавшая мои намерения, крепко удержала меня за плечо.
Аурелия, пошатываясь, поднялась на ноги, и её взгляд встретился с нашим. В этот момент Кайра резко откинула капюшон, и её роскошные огненно-рыжие кудри, словно языки пламени, рассыпались по плечам. Не прекращая методично отстреливать вампиров, демоница взревела во всю мощь своих лёгких:
— Анастасия Александровна, сюда!
Аурелия вздрогнула, но в её светящихся глазах, полных недоумения и ужаса, внезапно вспыхнула решимость. Девушка ринулась к нам, пока я лихорадочно перезаряжал револьвер, выгребая патроны из кармана. Семь вампиров всё ещё оставались на ногах: пятеро из них теснили пантеру, атакуя со всех сторон, а двое других бросились за девушкой, которая пробежала мимо окровавленных тел прямо к Кайре.
Я не успевал перезарядить оружие, у демоницы патроны тоже закончились, а кровопийцы неумолимо приближались. Их вытянутые когтистые руки уже цеплялись за край плаща Аурелии, когда между нами мелькнула стремительная тень.
Два чёрных клинка блеснули в воздухе — головы упырей словно сами собой отделились от тел и полетели в противоположные стороны. Обезглавленные противники рухнули. Эквион издал болезненный стон и опустился на одно колено, едва удержав равновесие после точной стремительной атаки, забравшей его последние силы.
— Ты вовремя, братец Вилл, — невольно улыбнулся я.
— Всегда пожалуйста, братец Нокс, — прохрипел агонист, силясь подняться на ноги. Его голос, обычно полный задора, сейчас звучал хрипло и устало, но в синих глазах по-прежнему плясали озорные огоньки.
Он опёрся на один из своих чёрных клинков, словно на трость, и глубоко вздохнул. Его лицо было бледным. Но даже в таком состоянии он нашёл в себе силы ухмыльнуться.
— Такое веселье я ни в жизнь не пропущу! — добавил он.
Аурелия бросилась в объятия Кайры, словно к родной матери. Демоница прижала девушку к себе, словно собственную дочь. В этот момент я метнулся к Эквиону с неожиданной для моего тучного тела прытью и помог ему подняться.
Едва мы направились к карете, стоявшей прямо у входа в переулок с Эллисандрой на козлах, как Кайра внезапно замерла. Её глаза, полные ужаса, расширились, из них брызнули слёзы. Тело демоницы забила мелкая дрожь, и она начала медленно оседать, выскальзывая из объятий девушки.
— Клара Карловна, что с вами? — испуганно вскрикнула Аурелия.
Поддерживая Эквиона, я поспешил к Кайре, наклонился и потянул её за руку. Она резко открыла глаза и посмотрела на меня с такой болью в изумрудных очах, что я невольно вздрогнул.
— Графиня, вставайте! — крикнул я, помогая ей подняться. — Нам нужно уходить!
— Степан Игнатьевич?! — воскликнула Аурелия, её голос дрожал от изумления и страха. — Что вы здесь делаете? Что вообще тут происходит?
Я посмотрел в глаза девушки, которые всё ещё слабо светились после вспышки непроизвольного магического выброса, и постарался говорить как можно более убедительно:
— Анастасия Александровна, здесь опасно, нам нужно спешить. Прошу вас, садитесь в карету, я всё объясню по дороге. Клянусь, мы ваши друзья и желаем лишь помочь.
— Но… — неуверенно попыталась возразить девушка.
— Анастасия Александровна, — произнесла пришедшая в себя Кайра, в её голосе всё ещё чувствовалась лёгкая дрожь. — Степан Игнатьевич прав, нам нужно спешить, пока не появились новые вампиры.
— Вампиры? — переспросила девушка с изумлением.
— Но вы же видите сами, это не люди, — указала демоница в сторону переулка.
— Это всего лишь страшный сон, — прошептала Аурелия, в ужасе глядя на кровавую бойню, прижимая ладони к растрёпанным и мокрым от дождя волосам. — Я видела подобные много раз. Просто кошмар. Я же сплю, ваше сиятельство? А как иначе?
Не теряя ни секунды, я распахнул дверцу кареты и помог забраться внутрь Эквиону. Затем мой взгляд вновь обратился к сцене битвы. К этому моменту белая пантера расправилась с последними пятью вампирами, но и сама получила смертельные раны.
Фамильяр, до последнего вздоха защищавший свою хозяйку, лежал на мокрой мостовой. Его единственный уцелевший янтарный глаз, казалось, всё ещё смотрел прямо на нас, но взгляд был пустым — душа уже покинула это прекрасное создание. Последний поверженный враг лежал на безжизненном теле отважного зверя, кровь которого медленно стекала в лужи, смешиваясь с дождевой водой.
От этого душераздирающего зрелища моё сердце сжалось. Впервые за всё время своего демонического существования я ощутил глубокую печаль от вида чужой смерти. Это щемящее чувство привело меня в замешательство.
Аурелия же пребывала в ещё большем смятении и растерянности. Её лицо было бледным как мел, а плечи содрогались от любого шороха. Тем не менее она позволила Кайре увлечь себя к карете. Вскоре мы все оказались внутри.
Демоница, открыв окошко, крикнула Эллисандре:
— Гони!
— Куда?! — раздался голос ещё одной растерянной девушки.
— Куда угодно, лишь бы подальше отсюда!
