– Именно в этом. Градвол не заботят отдельные личности. Рюгге стоят перед величайшим вызовом в истории. Речь может идти о выживании как таковом. Градвол считает, что я могу сыграть решающую роль, если она отсрочит критический момент до того, как я стану готова.
– Некоторые уверены, что твоя решающая роль в том, чтобы возглавить уничтожение сестринства.
– Меня что, так и будет преследовать это суеверие насчет посланницы рока?
– Забудь о легендах и суевериях – хотя они тоже отчасти способны объяснить то, о чем мы знаем, но чего не понимаем. Подумай о себе как о личности. Ты наименее самоотверженная из всех силт, кого я встречала. Мне пока не удается обнаружить в тебе ни капли преданности Сообществу или идеалам силт. Ты притворяешься, прикидываешься, меняешь маски. Но тебя окружают те, кто способен видеть сквозь тени и туман, Марика. Тебе никого не убедить, будто ты несчастная милая щена из Поната.
Марика начала расхаживать туда-сюда. Ей хотелось найти аргумент, чтобы опровергнуть слова Дортеки, но ничего хоть сколько-нибудь убедительного в голову не приходило.
– Ты используешь Рюгге, Марика.
– Рюгге сами меня используют.
– Это…
– Я с этим не согласна, Дортека. Можешь так и доложить Градвол, если хочешь. Хотя она наверняка и так знает.
За их спором с растущей тревогой наблюдала Грауэл, опасаясь, что словесным поединком дело может не закончиться. Дортеке все сложнее было сдерживаться.
Марика приложила немало усилий, чтобы еще ближе привязать к себе Грауэл и Барлог. Она раз за разом испытывала их, ставя перед выбором между преданностью ей и Сообществу, и каждый раз они занимали ее сторону. Марика надеялась, что заложила фундамент для непоколебимой привычки. Возможно, настанет день, когда ей потребуется их поддержка в крайних обстоятельствах.
Хотя Марика была знакома с этими охотницами всю свою жизнь, знала она их не слишком хорошо. Иначе давно бы поняла, что сомневаться в их преданности нет никаких причин.
Вошла Барлог:
– Новый доклад из Акарда, Марика.
– Что-то рановато, верно?
– Да.
– Что там?
– Снова что-то увидели.
– Еще один призрачный темнолет?
– Нет. На этот раз, возможно, силы кочевников, идущие с востока по Мортрскому тракту. Вывод на основе двух неподтвержденных наблюдений.
– Что ж, для нас это не проблема.
Мортрский тракт к тому времени превратился в звериную тропу, скрытую под десятью футами снега. Когда-то он связывал Критцу с форпостом торговцев на реке Нейбхор, в семидесяти милях к западу. По Нейбхору проходил западный рубеж владений Рюгге в этой части Поната.
– Похоже, они выдают желаемое за действительное, – сказала Марика. – Или это проверка, которую устраивает нам старейшина. Но, полагаю, все же стоит сообщить другим. Дортека, возьми на себя северную дугу, а я возьму западную.
Закрыв глаза, Марика ушла в себя и, протянув мысленную нить к подчиненной в дальнем форте, передала сообщение.
Два дня спустя пришло известие, что Акард потерял связь с несколькими западными форпостами. Посланные на разведку темнолеты обнаружили, что их гарнизоны мертвы. Начался поиск виновных с воздуха.
С одним темнолетом пропала связь.
Старшая Эдукан послала на поиски все, что у нее имелось.
Пропавший корабль нашли, и представлял он собой груду титановых обломков, врезавшуюся в склон горы, судя по всему, на большой скорости. Похоже было, что ни повелительница корабля, ни ее баты до катастрофы ранений не получали.
– Это работа силт, – заявила Марика. – Кочевники тут ни при чем, только Серке. – Она вздрогнула от дурного предчувствия. Наступали мрачные времена, которые, возможно, полностью изменят ее жизнь. – Наверняка это тот самый безрассудный поступок, который ты предсказывала, Дортека.
Наставница была напугана. Казалось, ее тоже охватили дурные предчувствия.
– Нужно отсюда убираться, Марика.
– Почему?
– Если они зашли настолько далеко, то наверняка пошлют самых лучших. Мы не сможем им противостоять. Они уничтожат нас, а потом устроят засаду для тех, кого пришлют на помощь из Макше.
– Силтам не подобает впадать в панику, – повторила Марика фразу, когда-то услышанную в Акарде. – Ты лучше владеешь дальней мысленной связью. Сообщи в Акард, чтобы прислали темнолет.
– Зачем?
– Сделай, как я прошу.
– Они захотят знать, зачем это тебе. Один корабль они уже потеряли и вряд ли хотят лишиться остальных.
– Если потребуется – задействуй старейшину.
Вздохнув, Дортека начала сосредоточиваться.
– Дортека, подожди. Выясни, какие форпосты замолчали. И где разбился тот корабль.
– Да, госпожа, – ответила Дортека.
– Сарказм тебе вовсе не идет. Поторопись. Пока эти идиотки в панике не разбежались.
Дортека установила мысленный контакт. На ее морде отразилось напряжение, затем последовавший спор.
– Если эти дуры не согласятся, – сказала Марика Грауэл, – я пойду туда пешком и заберу корабль сама. Зачем они вообще поставили во главе Эдукан? Она даже хуже, чем Паусч. Она не могла даже… – (Дортека вернулась к реальности.) – Что они сказали?
– Темнолет уже летит сюда. Мне пришлось солгать, Марика. И задействовать Градвол. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
– В каком они состоянии?
