– Вы Демиург? – спросил Андрей и, задумавшись над формулировкой вопроса, осторожно добавил: – …ка.
Девушка звонко рассмеялась, обнажая белоснежные зубы. В ее смехе было одновременно что-то невинно детское и заносчиво взрослое. Голос и смех ребенка, познавшего жизнь. Или считающего, что познал?
– Откуда в Мидлплэте это коверканье русского языка? Не припомню, чтобы я создавала феминитивы, – ответила девушка, просмеявшись. – И, пожалуйста, обращайся ко мне на «ты». Это сделает наш разговор, которому предстоит быть достаточно длинным, куда менее нудным и скованным. А теперь отвечу на твой вопрос: да, я Демиург. Только не нужно отождествлять это понятие с Божеством. Я не Бог, но Творец, художник, если хочешь, криэйтор. И зовут меня Леся.
– Леся – это сокращение от Олеся? – спросил Андрей, стараясь скрыть неприязнь, возникшую на лице после слова «художник».
– Ждала от тебя более любопытных вопросов, – снова прозвенела смешком Леся. – Не все ли равно, от чего это сокращение, и сокращение ли вообще?
– Верно, – с благоговением и щенячьей верностью вглядываясь в лицо Демиурга, согласился Стопарин. – Мы в Даунклауде?
– Мы не в Даунклауде и не в Лоустэйре.
– Ни того, ни другого не существует? – Андрей понадеялся впечатлить Демиурга догадливостью.
– Существует. Но только в вашем мире. В моем – нет.
– Мы сейчас в твоем мире? – предпринял очередную попытку оказаться догадливым темноборец.
– Снова мимо, – ответила Леся. – Мы не в твоем мире и не в моем. Я создала этот мир, как шаблон, пустой, незаполненный бланк, ради разговора с тобой.
– Чем же я заслужил такой чести? – Андрей упал на колени, приготовившись подползти к Демиургу и целовать ее ноги в надежде на скорое Анино воскрешение.
– Ой! – фыркнула Леся, давай понять, что типичное женское «Ой, все!» Демиургу не чуждо. – Оставь свой язык при себе! Не нужно вылизывать мои грязные ноги.
– Твои ноги чисты, как…
Договорить Андрей не успел. Леся влепила ему отрезвляющую пощечину. Демиург была девушкой. Такой же девушкой, как миллионы других девушек Мидлплэта и прочих миров. Андрей не мог такое представить. В патриархальном сознании не укладывалось, что Творцом может быть представительница прекрасного пола. Стопарин не знал, как вести себя с Создательницей, но в одно он верил вне зависимости от пола: чтобы выпросить воскрешение Ани следует поклоняться и умолять.
– Забудь о внешности. Я предстала перед тобой в своем истинном облике, но могла бы предстать в любом. Этот мир подчиняется моим законам, причем даже в большей степени, чем Мидлплэт.
– Я пришел к тебе с просьбой, с мольбой, – залепетал Андрей, не вставая с колен.
– Ты пришел сюда, чтобы выслушать меня, – снова прервала его Леся. – Говорить я буду много. Ты поймешь малую толику из того, что я произнесу, но и этого будет достаточно для осознания истинной цели твоего путешествия и принятия окончательного решения о дальнейшем пути. Поэтому сядь поудобнее и приготовь уши.
Андрей встал с колен и устроился в позе лотоса. Он хотел подчиниться, но при этом боялся ненароком оскорбить Демиурга своей неучтивостью.
– Поза лотоса? Серьезно? – Леся подавила смешок. – Тебе действительно так удобно? Андрей, я не йог и не Будда. Я Леся. И ты можешь сидеть предо мной так, как тебе заблагорассудится.
– Мне удобно, – ответил Андрей, думая, что признание собственной глупости усугубит его положение.
– Как скажешь, – согласилась Леся, припадая рукой к траве в положении полулежа. – Так ты серьезно не думал, что Демиургом может быть девушка? А как же Скрижаль Любви с вышитыми сердечками? Неужели до такого мог додуматься мужчина? А твой характер, твои болячки! Ослабленный взрослый мужик, теряющий сознание то от переселения из тела в тело, то от телепортации, то еще от какой болезни! Твой сонный паралич, твои панические атаки! Модные, зачастую выдуманные подростковые диагнозы, особенно типичные для кого? Правильно! Для девчонок. И тебе не приходило в голову, что я могу быть девочкой и подростком?
– Я не задумывался, – признался Андрей. Если Леся хотела его пристыдить, то у нее получилось. – Это ты меня создала?
– Я. Неосознанно. Но к этому мы вернемся потом. Чтобы победить тебя, нам нужно, чтобы ты себя осознал. Для этого тебе стоит понять, как зародился твой мир, откуда в нем ты и каково твое место.
– Победить? Меня? – сглатывая слюну и заикаясь, переспросил Андрей.
Его лотос раскрылся, ноги вытянулись вперед вслед за вытаращенными глазами.
– Да. Победить. Тебя, – подтвердила Леся. – Выслушай меня и захочешь победить себя сам. Говорила же, что лотос – неудобная поза! Вот теперь я вижу, что ты готов меня слушать.
Андрей окончательно распрямил ноги и оперся руками о землю, отклонившись назад. Теперь удобно. Но стоит ли уделять время удобствам, когда сам Демиург желает тебя победить, да еще и приглашает в союзники для решающего сражения?
Самому захочется себя победить. «Враг я, что ли, себе? – недоверчиво подумал Андрей. – Или все это связано со случившимся в Мидлплэте? Демиург готов покарать за содеянное? В таком случае происходящее – лишь прелюдия к казни».
