— Ну, — развел руками Испанец, — долго объяснять… Там, где я хотел бы сейчас быть, меня не любят…
Больше он ничего не сказал, да это было и не нужно. Если бы он пустился в откровения перед незнакомыми людьми, это выглядело бы подозрительно. Кто же откровенничает перед первыми встречными? Особенно если ты — в Новом Орлеане и говоришь по-испански.
— И давно ты в этом городе? — спросил один из незнакомцев.
— Ну, это с какой точки зрения посмотреть, — опять-таки уклончиво ответил Испанец. — Иногда мне кажется, что я обосновался здесь лишь вчера, а иногда — что я живу здесь целую вечность. Все зависит от настроения и обстоятельств. А они — каждый день разные. Ну, да что говорить обо мне? Я чем-нибудь могу вам помочь, амигос? Подсказать, направить ваши стопы в правильную сторону… Не все дороги здесь безопасны, на иные — так лучше и вовсе не ступать.
— Нет, не надо, — ответил один из незнакомцев. — Мы здесь надолго не задержимся. Завтра отбываем.
— Завидую, — печальным голосом произнес Испанец. — И в два раза больше завидую, если вы отбываете в сторону Испании или хотя бы в те места, где говорят по-испански.
— Именно в те, — пьяно ухмыльнулся незнакомец. — В Венесуэлу…
— Не бывал, — отмахнулся Испанец. — Но все равно завидую. И желаю удачной дороги и удачного прибытия.
Он говорил и краем глаза наблюдал за своими собеседниками. Тот, который сказал о Венесуэле, — видимо, сболтнул лишнее, так как остальные два его товарища зыркнули на него злобными взглядами. А вывод здесь напрашивался один — отбытие этой троицы в Венесуэлу почему-то было тайной. Конечно, у этой тайны могли быть свои объяснения. К примеру, эти трое — контрабандисты или они тайно перевозят всевозможных нелегалов, беженцев и прочих отчаявшихся и лихих людей. А может, перевозили наркотики. Словом, все могло быть и так, и этак, и еще как-нибудь…
— Ну что ж, — сказал Испанец. — Не хочу надоедать вам своим присутствием. А потому — отчаливаю. Но знайте: если вам понадобится моя помощь, то я — к вашим услугам. Меня всегда можно найти в этом баре. Меня зовут Испанец — не забудьте.
Из бара он уходить не торопился, это могло вызвать подозрение у тех троих — кем бы они ни были. К тому же он хотел навести о таинственной троице дополнительные справки. Не потому, что подозревал их в чем-то этаком, а на всякий случай. В силу укоренившейся привычки разведчика — можно сказать и так.
Он подошел к бармену, который считался его приятелем, и спросил так, чтобы больше никто не слышал:
— Боб, что ты можешь сказать о той милой троице в углу?
— А что такое? — хмыкнул бармен. — Чем они так тебя заинтересовали?
— Ничем таким, — пожал плечами Испанец. — Просто новые люди в твоем заведении. И говорят по-испански. А у меня, как ты знаешь, испанская кровь.
— Ну, в моем заведении многие говорят по-испански, — сказал бармен. — А что касается этих троих — то откуда мне о них знать? Пришли, сидят, выпивают, о чем-то между собой толкуют… Мое-то какое дело? Для меня главное — чтобы они не забыли заплатить за выпивку. Да ты ведь сам о чем-то с ними толковал. Вот и спросил бы у них — кто они такие. Почему же не спросил?
— Спрашивал, но, сам понимаешь, не напрямую. Прямые вопросы в твоем заведении не приветствуются, не так ли?
— Это да, — согласился бармен. — Прямые вопросы задают только копы. Ну и что они тебе ответили на твои намеки?
— Почти ничего, намекнули лишь, что завтра отбывают в Венесуэлу, вот и все.
— Говоришь, в Венесуэлу? — Бармен отчего-то нахмурился. — Вот, значит, как. В Венесуэлу…
— А что такое? — насторожился Испанец. — Ну, в Венесуэлу, на Кубу, в Мексику, еще куда-нибудь — какая нам разница? Значит, так им нужно. У каждого — своя дорога.
— Шепнул мне тут один человечек кое-что об этих ребятах, — сказал бармен. — Так, мимоходом, но все же… Порекомендовал с ними не связываться. Сказал, что опасные это люди, вроде как из венесуэльской мафии. Ты знаешь, что такое венесуэльская мафия?
— Доводилось слышать, — кивнул Испанец. — Веселые ребята, ничего не скажешь. Но ведь, сдается, их оттуда поперли — да еще как! Пришла новая власть, и поперли. А кого и постреляли. Разве не так?
— Слышал я, что не всех, — сказал бармен. — В свое время в моем заведении на эту тему было много разговоров. Ну а раз уж не всех, то, стало быть, кому-то удалось перебраться и в Соединенные Штаты. Куда же еще, как не в Штаты? Это не страна, а приют для всякой сволочи. Ну да ладно, я в политику не лезу… Так вот, поговаривают, что эти трое красавцев — из венесуэльской мафии. Так что ты бы с ними не связывался, целее будешь.
— Да я и не связываюсь! — Испанец беспечно махнул рукой, помолчал и снова заговорил: — А все-таки интересно. Их, значит, оттуда выперли, там их ожидает тюрьма или выстрел в лоб, а они все равно туда прутся. Спрашивается — зачем? Чтобы получить пулю?
— Значит, есть нужда, раз прутся, — резонно заметил бармен. — Ну, я сказал тебе все, что знал. Предостерег. А дальше — смотри сам…
