— Отсюда следует предположительный и осторожный вывод. Если кто-то пожелает совершить покушение на товарища Кастро, то это будет или кубинец, или венесуэлец. Больше некому.
— Кубинцы этого сделать не могут! — резко произнес Эрреро.
— Вы в этом уверены?
— Уверен!
— Что ж, будем считать, что так все и есть на самом деле, — сказал Дубко. — Тогда остаются венесуэльцы. Вот кто-то из них и должен у вас поинтересоваться, кто мы такие, отчего мы все сплошь белокожие и почему шныряем по всем углам. Обязан спросить — тут без вариантов, так поступают все профессионалы. А он, несомненно, профессионал — дилетанта на такое дело не пошлют. Значит, спросит… Или у вас лично, или у кого-то из ваших подчиненных.
— И вот если спросит, вы ему ответите то, о чем мы вас просили, — вступил в разговор Богданов. — И, конечно, тотчас же обо всем расскажете нам.
— Хорошо, — сказал Эктор Эрреро.
— Как бы ваши подчиненные не ляпнули чего-нибудь лишнего! — с сомнением произнес Терко. — Скажут, к примеру, что мы — русские… А это будет лишним, потому что тем самым мы можем напугать убийц, кем бы они ни были. А если они напугаются, то, чего доброго, задействуют второй план. Или третий. Или я уж и не знаю какой. С них станется. Без запасного плана такие дела не делаются.
— Мои подчиненные ничего такого не скажут, — заверил Эктор Эрреро. — Им запрещено вступать в разговоры с посторонними. Впрочем, я их на этот счет дополнительно проинструктирую. Но все же… Вы думаете, что…
— Мы предполагаем, — прервал его Богданов. — Учитываем все возможные варианты, в том числе и такой.
Наконец приехали на место. Ни по пути, ни на подъезде к резиденции ничего не случилось — равно как и на территории резиденции. Все было тихо и спокойно.
— Как, бишь, называется наша операция, а то я что-то запамятовал? — спросил Терко.
— Кажется, «Штиль», — вспомнил Рябов.
— Да уж, штиль… — проворчал Дубко. — Пока у нас — тишина и благодать. Полный штиль, иначе говоря. Ох, не нравится мне это!
— А ты что же, хотел, чтобы всех нас встретили бомбометанием? — спросил Малой. — Тишина — это и есть то, ради чего мы сюда прибыли. Чего же тебе еще надо?
— Не нравится мне все это… — тихо повторил Терко.
Перед тем как отправиться в Венесуэлу, Паррандеро и Грис Гато встретились со своими бывшими боевиками — с теми, кого им удалось разыскать в разных уголках Соединенных Штатов. Всего боевиков было восемнадцать человек — здесь кубинские разведчики слегка ошиблись. До этого отставные кубинские мафиози не знали своих венесуэльских собратьев по ремеслу, а те — не знали кубинских. Знакомились, впрочем, наскоро: времени на долгие знакомства — с попойками и выяснением отношений — не было.
Каждому из бандитов заранее было растолковано, какое дело им предстоит и какую награду они получат в случае успешного его выполнения. Не все, впрочем, согласились с обещанным вознаграждением. Добрая половина не пожелала возвращаться в Венесуэлу или на Кубу ни при каких обстоятельствах.
— Нам и тут неплохо! — говорили они. — А там с нас живо снимут головы! Наденут на наши шеи веревочные галстуки!
— Так ведь вы вернетесь не завтра и даже не послезавтра! — втолковывали своим приспешникам Паррандеро и Грис Гато. — А тогда, когда на Кубе и в Венесуэле установится прежняя власть!
— Прежняя власть! — насмешливо отвечали приспешники. — И когда она установится, эта ваша власть? Через год? Через десять лет? Может, через сто? Да и установится ли вообще?
— У нас есть основания полагать, что…
— К черту ваши основания! — бушевал народ. — Легче всего — пообещать! А как оно будет на самом деле? К черту вашу политику! Мы хотим чего-нибудь конкретного! Денег! Американских документов! Вот такие у нас требования! Иначе никуда мы не поедем! Ищите других!
Пришлось Паррандеро и Грису Гато встретиться еще раз с Сэмом. А через него — с теми людьми, которые маячили у него за спиной. Точнее сказать, с одним конкретным человеком — с Вышибалой.
— Значит, хотят денег? — уточнил он. — Что ж… Скажите, что будут им деньги. И американские документы.
— Их интересует сумма, — сказал Паррандеро. — Они люди деловые.
— По пятьсот тысяч каждому. Плюс — документы. Разумеется, все это лишь после того, как будет выполнена задача. Успешно выполнена! Так и передайте вашим деловым людям.
Условия бандитов устроили. Хотя, конечно, не в полной мере, а относительно. Нет и не может быть таких условий, которые устроили бы бандита в полной мере — такова уж бандитская душа.
— А не врете? — спросили они у Паррандеро и Гриса Гато. — А то ведь пообещать можно всякого… Вы там глядите, если что! Вы слеплены из того же самого теста, что и все прочие. Нож вонзается в это тесто очень даже легко, а пуля — еще легче.
— Все будет так, как мы вам сказали! — заверили Паррандеро и Грис Гато.
