Спецназовцы подчеркнуто не обращали на него внимания и старательно делали вид, будто все так и надо. Они находятся здесь по долгу службы, ну и Пабло Альварес — тоже. А раз так, то о чем тут и говорить? Но, разумеется, каждый из бойцов следил за Альваресом внимательным, потаенным взглядом: как он себя поведет, куда посмотрит, какой невольный жест сделает, с кем попытается заговорить… Очень много можно сказать о человеке, если наблюдать за ним внимательно и отстраненно. Человек — не истукан, и он обязательно расскажет о себе — хочет он того или не хочет. Ни один человек, даже самый матерый шпион или психолог, не в состоянии удержаться от невольных жестов, взглядов, вздохов, неконтролируемой мимики. Нужно лишь уметь все это замечать. У спецназовцев КГБ это называлось «читать книжку». Действительно, если внимательно наблюдать за человеком, то он будет напоминать прочитанную книгу. А что такое прочитанная книга? Это книга, у которой известно ее содержание.
— Волнуется паренек! — вполголоса говорил Дубко Богданову. — Делает вид, будто он спокоен как удав, а все равно волнуется… Глянь — переступил с ноги на ногу уже целых четыре раза. И пять раз сунул и вынул руки из карманов. И четыре раза почесал нос…
— И трижды доставал платок, чтобы вытереть глаза, — дополнил Богданов. — А еще — он то и дело переходит с места на место. Вот — попытался о чем-то заговорить с Жорой Малым, даже обнял его за плечи…
— Я и говорю — беспокоится блондинчик, — подтвердил Дубко. — Буквально-таки места себе не находит. Знать бы еще, о чем терзается его душа…
— Ничего, узнаем, — шепнул Богданов. — Так или иначе…
Обе спецслужбы работали долго и въедливо, но в итоге не обнаружили ничего опасного. Эктор Эрреро, командовавший кубинскими телохранителями, облегченно поднял руки: все в порядке, высоким договаривающимся сторонам ничего не угрожает.
— Ну-ну, — сказал на это Богданов и искоса глянул на Пабло Альвареса.
Поведение Пабло изменилось, как меняется поведение любого человека, у которого, что называется, гора свалилась с плеч. Он улыбнулся, и его улыбка была вполне искренней. Затем он подошел к Малому и что-то сказал ему по-испански.
— А то как же! — ответил Малой по-русски. — Иначе и быть не может!
Освободившись от дружеских объятий Альвареса, Малой подошел к Богданову и сказал:
— Видал, как наш друг красиво играет! Сам Станиславский ему бы поверил! А вот я — не верю. По-моему, переигрывает, красавчик…
— Переигрывает, — согласился Богданов.
— А, так ты тоже заметил! — усмехнулся Малой. — И что будем делать?
— Наблюдать дальше и делать выводы, — ответил Богданов.
Он подошел к Эктору Эрреро и сказал ему:
— Значит, все в порядке и никакой опасности для товарища Кастро нет?
— Вы же сами все видели, — с некоторым недоумением ответил Эрреро. Он понимал, что так просто Богданов не стал бы задавать ему такой вопрос.
— Мы бы хотели все проверить еще раз, — сказал Богданов, — с самого начала.
— Вы — это кто? — спросил Эктор Эрреро.
— Мы, — повторил Богданов. — Я и восемь моих подчиненных. Можете и вы остаться, если хотите. Думаю, что и он тоже останется, — Богданов указал на Пабло Альвареса. — Остальным прикажите уйти. Мы справимся сами.
— Справитесь с чем? — спросил Эрреро.
— С работой, — уклончиво ответил Богданов.
— Вы думаете, что…
— Ничего я пока не думаю. Чтобы о чем-то думать, нужны факты. Вот мы их и поищем.
— Да, но мои люди и венесуэльцы уже искали…
— Ничего, поищем и мы, — усмехнулся Богданов. — Сейчас — ночь, а у нас, видите ли, бессонница, у всех девятерых. Такая, понимаешь, беда! Я думаю, что это от перемены климата…
Что-то невысказанное и грозное таилось в этих уклончивых словах, и Эктор Эрреро это понял.
— Хорошо, — сказал он. — Если так нужно, ищите. А то ведь что еще делать при бессоннице?
— Это точно, — улыбнулся Богданов.
— И все-таки мне непонятно, — покачал головой Эрреро. — Ведь наши люди осмотрели каждый квадратный сантиметр! Неужто, по-вашему, они что-то упустили?
— Может, упустили, а может, и нет, — ответил Богданов. — Вот мы это и проверим. И потом, у нас есть такое выражение — «свежий глаз». Знаете, что оно означает?
— Догадываюсь.
— Вот мы и посмотрим на все свежим взглядом. К тому же у нас имеется свой собственный метод. Мы ищем не только глазами, но и всеми прочими частями организма — включая интуицию.
На это Эктор лишь развел руками.
— И что будем искать? — спросил Малой, когда Богданов объяснил бойцам задачу.
На это командир не сказал ничего, лишь укоризненно взглянул на Малого.
— Извиняюсь за бестактный вопрос! — покаянно склонил голову Малой. — Обещаю, что ничего подобного впредь не повторится. В общем, виноват, и нет мне никаких оправданий!
— То-то же, — усмехнулся Богданов. — В общем, приступаем. Щупаем, нюхаем, не забываем об интуиции и внутреннем голосе. Пробовать что-то на язык — нежелательно…
— Шутить изволите, — хмыкнул Дубко.
— Изволю, — согласился Богданов. — С шутками да прибаутками любое дело кажется легче. Тем более такое, какое мы собираемся провернуть.
На находку наткнулся Дубко.
