— Думается мне, он отвлекал внимание, — пояснил Богданов. — А кто-то другой в это самое время делал какое-то нехорошее дело… И, похоже, сделал. Вон как этот Пабло заторопился ближе к вечеру! Понял, что дело сделано, и заторопился…
— То есть получается, что мы играли против него, а он — против нас? — спросил Рябов.
— Получается, что так и есть, — хмуро ответил Богданов. — Мы-то думали, что он и есть исполнитель в единственном числе, а у него, похоже, имеются сообщники…
Слова, сказанные Богдановым, были лишь предположением, однако они произвели на спецназовцев тягостное впечатление. Удручающее впечатление, можно сказать и так. Потому что уж слишком походили на правду. Похоже было, что Пабло Альварес и впрямь почти полдня водил спецназовцев за нос. И, могло статься, преуспел в этом деле.
— Да, хреновые из нас сыщики! — покрутил головой Дубко. — Стрелять, догонять и убегать мы худо-бедно умеем, а вот распутывать всякие тайны… Эхма!
— Ничего, впредь будем умнее, — сказал Терко. Похоже было, он ничуть не потерял присутствия духа. — Работа у нас такая, что всякое в ней бывает. Теперь для нас главное — определиться, что делать дальше. Как выпутаться из этого положения.
Вопросы, которые задал Терко, были не из простых. Действительно, что делать? Расспросить тех телохранителей, кто занимается наблюдением, не видели ли они чего-то подозрительного? Ну, так если бы увидели, то, должно быть, подняли бы тревогу. А если никакой тревоги не наблюдается, значит, не видели и не слышали. И даже ничего этакого не заподозрили. Взять в оборот Пабло Альвареса? Но на каком основании? Что ему можно предъявить? Да и прав таких у советских спецназовцев нет. Конечно, можно, что называется, пойти и в обход, но все равно — что предъявить Пабло Альваресу? Предупредить все службы безопасности о повышенной готовности? Ну, так и без того все пребывают начеку — ведь в резиденции находится Фидель Кастро! Да, задача… Все сейчас смотрели на Богданова, все ждали от него какого-то решения. Мудрого, единственно правильного…
— Значит так! — жестко произнес командир. — Сами кашу сварили, сами ее и съедим! Большими ложками! Если надо, то и пригоршнями!
— А если без иносказаний? — спросил Дубко.
— А если без иносказаний, то поступим так. Вся программа пребывания Фиделя Кастро в Венесуэле нам известна, не так ли? Ну вот, известна… Куда он должен пойти, куда сесть и даже — когда лечь. И когда, где и с кем он будет встречаться, мы тоже знаем. Ну, так вот. Товарищ Кастро, стало быть, будет выполнять свою намеченную программу, а мы — будем идти впереди него. Впереди — в буквальном смысле этого слова. На десять шагов, на пять, да хотя бы на полшага. Будем расчищать ему путь. И оглядываться на все триста шестьдесят градусов. Все замечать, анализировать и делать выводы.
— Ну, это понятно, — сказал Малой. — А как же быть с этим белобрысым красавчиком? Ведь он постоянно будет у нас на виду.
— Вот пускай и будет! — ответил Богданов. — Пускай вертится! За тем, кто на виду, наблюдать проще, не так ли? А там — поглядим…
…В это же самое время Дельфин Бланко встречался с Чамой.
— Ну и как? — спросил он у него.
— Все нормально! — ответил Чама. — Зарядил оба места! Все как полагается!
— Никто тебя не видел?
— Может, и видели, да не обратили внимания, — ухмыльнулся Чама. — За это ручаюсь. Я человек проверенный. Если где-то что-то делаю, значит, так надо. — Он помолчал и добавил: — Если бы обратили, то мы бы сейчас с вами не разговаривали.
— Пожалуй, — согласился Дельфин Бланко.
— Что мне теперь делать? — спросил Чама. — Вы говорили, что, как только я сделаю дело, вы мне дадите денег и поможете перебраться в Штаты…
— Ну, так ведь дело еще не сделано! — возразил Дельфин Бланко. — Сделано лишь полдела. Дело будет сделано, когда объект будет ликвидирован. Вот тогда и поговорим. А пока — жди.
Чама хотел что-то возразить, но лишь мрачно глянул на Дельфина Бланко. Кажется, он ему не верил. Впрочем, тому было все равно, верил ему Чама или нет. Он не намеревался выполнять те обещания, которые дал ему. У него в отношении Чамы имелись совсем другие соображения…
В соответствии с намеченной программой утром следующего дня у Фиделя Кастро и венесуэльского президента Переса должны были состояться переговоры. Как и полагается, для этого было выделено специальное помещение. Еще с вечера это помещение должны были соответствующим образом подготовить. Это в первую очередь означало, что его должна проверить служба безопасности. Точнее сказать, целых две службы безопасности — венесуэльская и кубинская.
Они приступили к делу, и все проверяли дотошно и тщательно. Богданов со своими бойцами находился рядом, но в работу спецслужб спецназовцы не вмешивались, лишь наблюдали со стороны. Здесь же, поблизости от советских спецназовцев, находился и Пабло Альварес.
