Утром прошли переговоры между Фиделем Кастро и венесуэльским президентом Карлосом Андреасом Пересом. Затем состоялась пресс-конференция. Ничего особенного не случилось ни на переговорах, ни на пресс-конференции, из чего следовало, что больше никаких смертоносных «сюрпризов», помимо ампулы с ядом и бомбы, не было.
Конечно, Фидель Кастро удивился, почему на пресс-конференции отсутствовали американские журналисты. На это Эктор Эрреро ответил, что такой демарш американцы организовали потому, что рассчитывали тем самым устроить политическую провокацию. Это было в духе американских спецслужб, против Фиделя Кастро они устраивались едва ли не ежедневно, поэтому он не стал задавать уточняющих вопросов, лишь усмехнулся.
Да, Эктор Эрреро отчасти солгал Фиделю Кастро, однако ничего зазорного, а тем более преступного в этом не было. Все политические дела должны проходить в атмосфере спокойствия, а уж как обеспечить это спокойствие — дело спецслужб. Конечно, потом, когда важные политические дела закончатся, Фиделю Кастро доложат: так, мол, и так, против тебя, когда ты был в Венесуэле, планировалась такая-то и такая-то подлость. Но это будет потом, да и не факт, что главе государства доложат обо всем в полном объеме. Такого почти никогда не бывает, у всех спецслужб, кого бы они ни охраняли, имеются свои секреты. И неправильным было бы все их выкладывать — хотя бы и тому лицу, кого эти спецслужбы обязаны охранять. Таковы правила, и в этих правилах присутствует мудрый резон. Ведь главное — не то, как ты исхитрился уберечь главу государства, главное — что он остался цел и невредим.
Разумеется, американские спецслужбы в тот же день узнали, что ни первый, ни второй план не сработал и Фидель Кастро остался жив. Узнать это было немудрено — вся мировая печать была полна сообщениями и комментариями по поводу переговоров Фиделя Кастро и венесуэльского президента. И не было даже намека на то, что этим переговорам могло что-то помешать. Из чего само собой становилось понятно, что все планы покушения, сколько бы их ни было, не сработали.
Почему именно они не сработали, спецслужбы не интересовало. Равно как не интересовало их и то, что сталось с исполнителями планов. Все это были вопросы второстепенные. Первостепенным же вопросом было то, как действовать. Впрочем, на этот вопрос ответ имелся заранее: надо приводить в действие третий план. Тем более что для этого все было готово, собственно, именно для этого и были отправлены в Венесуэлу Грис Гата и Паррандеро со своими людьми.
…Понятно, что они также внимательно следили за тем, как разворачиваются события в резиденции, где остановился Фидель Кастро. А раз следили, то и были в курсе дела.
— Бездарные болваны! — Грис Гато в сердцах швырнул газету на стол. — Криворукие идиоты! Ведь так и не справились с делом! Ни с первым, ни со вторым планом! Ты читал, что пишут газеты? Фидель Кастро то, Фидель Кастро се, Фидель Кастро живее всех живых! Это значит, что все пошло прахом! Я спрашиваю — ты читал газеты?
— Читал, — ответил Паррандеро. — Но, может быть, все не так для нас и безрадостно? Мало ли что могло случиться? А вдруг все произойдет через минуту? Через полчаса? Или, скажем, к вечеру? Тут дело такое… Тонкое, короче говоря, дело. Будто сам не знаешь.
— Я знаю другое! — Эти слова Грис Гато не сказал, а буквально-таки выкрикнул. — Завтра Фидель отправляется обратно! На свою милую Кубу! Завтра — понятно тебе? Живым и радостным. А должен — безрадостным и мертвым! И это должны обеспечить мы с тобой! Мы на это подписались! Нам за это обещали всякие блага и милости! Мы заключили на этот счет договор и обратной силы он не имеет! Иначе как бы нам с тобой не оказаться на месте Фиделя — то есть мертвыми и безрадостными! Ты это понимаешь?
— Что-то ты стал слишком нервным, — прищурился Паррандеро. — Стареешь, чико… Раньше, я слышал, ты был куда как хладнокровнее. Ну, так вспомни свою молодость и рассуди здраво. Пока ничего такого не случилось. Прихлопнули тех парней, которые должны были отправить Фиделя на тот свет? Ну, может, и прихлопнули… Что тут удивительного? Тут, понимаешь ли, кто кого… Да и черт с ними, с теми парнями! Разве у нас на этот счет нет запасного плана?
— Есть, — сквозь зубы проговорил Грис Гато.
— Вот и я говорю о том же самом — есть. И мы приведем его в действие. Тем более что у нас все готово. — Паррандеро помолчал, затем беззаботно усмехнулся и сказал: — Не получилось у нас загрести горячие уголья чужими руками? Впервой, что ли? Значит, прикоснемся к уголькам своими нежными пальчиками, только и всего. Где там твой Крысеныш? Зови его сюда!
Паррандеро имел в виду Рату. Заранее было договорено, что в случае чего именно под руководством Раты будет претворяться третий план — если первый и второй по какой-то причине провалятся.
Вскоре появился Рата.
— Вот что, ихо, — сказал ему Грис Гато. — Придется тебе малость порезвиться. Тебе и твоим людям…
