— Так как ты видишь нергарри, я полагаю наличие у тебя дара, — невозмутимо начал пояснять Тревор. — В бюро по борьбе с нергарри работают только одарённые люди, те, чьи способности помогают справляться с атаками этих иноземных сущностей…
— Вы хотите положить меня в психушку? — прервала его Тэмлин.
Её дыхание заметно участилось, она сильно побледнела, глаза бегали от одного предмета к другому, либо она их сильно жмурила из-за того, что они стали слезоточить.
— Бюро не психушка, а я не психиатр, — продолжил Тревор. — Лгать тебе мне смысла нет, так как твоя судьба почти решена.
— В каком смысле?
— Тебя ожидает суд, после которого скорее всего направят в женский исправительный центр Мишн-Крик, где будут лечить от наркомании.
— Тогда вы здесь зачем? — Тэмлин заметно повысила голос.
На её лбу выступили капельки пота, дышать стало трудно, и она сильно зажмурилась, испытывая во всём теле ломоту, как от гриппа.
— Я здесь, чтобы предложить тебе другой выход.
От слов Тревора, Тэмлин распахнула глаза и посмотрела на него.
— Какой? — скривив лицо в недоумении, вопросила она.
— Работу в бюро. Там ты сможешь начать новую жизнь, спасая от нергарри город, и освободишься в этом случае от всех обвинений.
— Нет, — не раздумывая бросила Тэмлин. — Лучше тюрьма. Когда я выйду оттуда, я смогу вновь увидеть Руне и присоединиться к «Чёрным Карателям».
— Твои друзья сейчас переживают не самые лучшие времена, на хвост им села полиция.
— Они спасут меня…
— Они в бегах, — прервал её нелогический бред Тревор. — А тебе, если стороне обвинения удастся доказать твою причастность к «Чёрным Карателям», а совершённые тобой преступления сделанные не под действием наркотиков, а в здравом уме, будет в этом случае грозить смертная казнь.
Тэмлин начал сотрясать озноб, к горлу подступила тошнота, а в голове поочерёдно то невыносимо гудело, из-за чего она корчилась от боли и хваталась за виски, то воцарялась тишина, из-за чего девушка резко замирала. Некоторое время Тревор наблюдал за ней, терпеливо ожидая ответа, но Тэмлин молчала.
Внезапно вновь оцепенев, она уставилась в одну точку расширившимися глазами и тихо залепетала:
— Руне больше не простит меня… Я так сильно обидела его и всех подвела, что проще будет просто умереть…
Почувствовав новый приступ невыносимой головной боли, Тэмлин сжала виски и, начав медленно погружаться под одеяло, застонала.
— Не хочу больше жить, — внезапно разрыдалась она. — Пусть лучше меня казнят. Я готова признаться во всех преступлениях, пусть только меня убьют. Пожалуйста…
Тревор отвёл взгляд. Ему всегда было сложно поддерживать с людьми разговор, утешать кого-то или проявлять интерес и соучастие, он был крайне эмоционально неуклюжим. Сейчас же дело касалось девчонки страдающей от героиновой ломки, но даже по работе он в этот момент не знал, как можно было бы достучаться до Тэмлин, чтобы она сделала правильный выбор.
— Хочу умереть! — голос Тэмлин сорвался на крик. — Я хочу умереть! Жизнь — ад, я больше не в силах терпеть её несправедливость и эту жестокую ломку! Мне нужен наркотик! — распахнув одеяло, она резко села. — Мне нужен героин, он облегчит мне состояние, и мне станет лучше, тогда я смогу понять, что делать дальше!
— Героин тебя едва не убил, — спокойно произнёс Тревор, по-прежнему не глядя на Тэмлин.
— И пусть… Пусть лучше убьёт… Если я умру, всё закончится, мне больше всё равно нет смысла жить! Я уже не человек, я отвратительная… Ненавижу себя… Ненавижу себя!
Тэмлин вскочила на ноги и ринулась к выходу, но едва распахнула дверь, как её тут же схватили двое полицейских, дежуривших у палаты. Одного из них она тут же пнула ногой в пах, другого перекинула через себя и помчалась по коридору, но там её схватили уже люди Тревора, привыкшие иметь дело с ещё более агрессивными и непредсказуемыми ребятами. Крича на всю больницу, Тэмлин стала вырываться, но впятером мужчины, буквально скрутив её, втащили обратно в палату, а следом за ними влетели две медсестры.
— Дайте мне наркотик! — пытаясь вырваться, визжала Тэмлин. — Пожалуйста, дайте мне наркотик! Я больше ни о чём не прошу! Только одну дозу, и я сделаю всё, что вы хотите!
Пока Тревор продолжал невозмутимо стоять и смотреть в окно, кричащую и извивающуюся Тэмлин пристегнули ремнями к кровати и вкололи сильное успокоительное, поэтому через некоторое время она затихла. Это было не снотворное, поэтому девушка, словно превратившись в овощ, лежала недвижимой с безучастным пустым взглядом, устремлённым в потолок.
Медсёстры помогли полицейским, и в палате Тревор с Тэмлин вновь остались одни.
— Твой выбор принимать наркотики был ошибочным, но ошибки неотъемлемая часть нашей жизни, однако это вовсе не значит, что другого выхода, кроме смерти, нет, — наконец сказал он, пододвигая стул ближе к кровати. — Думаю, ты вовсе не хочешь умереть.