— Он едет, — панический вопль, вырвавшийся из груди Главного ассасина, заставил содрогнуться даже его самого. — Завтра он будет здесь. Я не знаю, чего мне ждать от этого неуравновешенного вампира. Как мне вести себя с ним? Сразу убить? Но за что?
— Думаю, тебе стоило бы быть более благодушным к нему, ведь он не убил меня, — уже более спокойно произнес Кайлеб и подошел вплотную к отцу. — Зачем нам его смерть? Ты хочешь развязать эту дурацкую войну? Наскучило спокойствие? Подумай о женщинах!
— О твоих или же о моей супруге? — решил уточнить Алекс.
— О Кэролайн и моей несносной матери, — развеял его сомнения сын. — Кстати, где она?
Оба огляделись по сторонам. Молодой вампир глухо зарычал, обшаривая карманы в поисках ключа от комнаты, и тут же вынесся из кабинета, по дороге придумывая, чем именно убьет эту мерзкую женщину.
Кэролайн лежала на кровати, невидящими глазами разглядывая потолок. Ей было безумно страшно. Она слышала последнее обещание Дамона и со всей серьезностью относилась к его словам. Фраза: "Встречу еще хоть раз за вечность — убью обоих!", настойчиво звучала в голове, не давая возможности поселиться там каким-то другим мыслям. Девушка не знала, чем может закончиться их неожиданная встреча, которая должна была состояться на днях. Но она твердо решила, что сама искать ее не станет. Как только появится первая возможность поговорить с Кайлебом, она постарается его убедить уехать отсюда как можно дальше и никогда больше не возвращаться.
Неожиданный звук отвлек ее от мысленного разговора с вампиром. Тихий щелчок поворачивающегося ключа в замочной скважине, чуть приоткрывшаяся дверь и девушка буквально подскочила с кровати с одним желанием — залезть под нее. Эту женщину она боялась ничуть не меньше разгневанного Сальваторе-старшего.
— Успокойся, — ласково сказала вошедшая. — Я лишь хочу поговорить.
— Я знаю цель ваших бесед, — осторожно отозвалась девушка, пытаясь потянуть время. Прятаться было глупо, бежать тоже, поэтому был лишь один простой выход: идти на контакт и постараться не злить вампиршу.
— Сегодня у меня другие темы, — спокойно возразила Арнетт, усаживая Кэролайн рядом с собой на кровать. В ее жестах и манерах не было и намека на былую агрессивность. — Я хочу поговорить о тебе, точнее о той судьбе, которая ожидает твою персону в ближайшем будущем. Ты любишь его?
Девушка чуть было не спросила: "Кого?", но сумела справиться с испугом и дала себе возможность правильно понять суть вопроса.
— Люблю, — тихо согласилась она, обхватив трясущиеся плечи руками.
— За что? — задала следующий вопрос мать Кайлеба.
— А разве любят за что-то? — недоверчиво спросила девушка и тут же поправилась, — Я всегда думала, что любят вопреки всему.
— Значит, и правда любишь, — сделала вывод женщина и продолжила "допрос". — Он издевался над тобой, бил, мучил, потом извинялся и становился безумно нежным, а следом все опять возвращалось на круги своя. Но ты почему-то старательно не замечаешь в нем то чудовище, которым он, по сути, и является. Назови причину, хотя бы одну!
— Он не чудовище! — отбросив всякий страх, заступилась за любимого Кэролайн. — Вы хотите его таким видеть, поэтому он и кажется вам зверем. Да, он слишком импульсивен, зачастую с ним очень нелегко, он в состоянии напугать кого угодно, но на самом деле Кайлеб совершенно другой. Мне жаль, что вы не сумели это понять, прожив рядом с ним, уж и не знаю, какой промежуток времени. В вас говорит ревность и обида отвергнутой женщины. И тут я очень хорошо понимаю ваше состояние, но перестаньте делать из него то, чем он не является!
— Думаешь, ты действительно в состоянии понять меня? — зло рассмеялась Арнетт. — Ты хоть знаешь, что мне пришлось пережить? Я потеряла всех, кого любила: мать, отца, младшую сестру. Их убил Александр, когда пришел за мной, по старой привычке наводя "порядок" за сыном. На моих глазах он разорвал горло моей девятилетней сестре. Я слышала ее крики, видела, как она медленно умирает, в то время как эта тварь высасывает из нее кровь. А потом он повернулся ко мне, с перемазанным кровью лицом и расхохотался. Я до сих пор слышу этот смех, смех жестокого убийцы и беспощадного пожирателя человеческих душ. Он говорит, что полюбил меня в тот же день, но я не могу простить ему то, что он сделал тогда.
Она замолчала и закрыла ладонями лицо, пытаясь избавиться от воспоминаний той страшной ночи. Кэролайн перестала дышать.
— Послушай меня, — не поднимая головы, взмолилась женщина. — Брось его, пока он не разрушил твою жизнь точно также, как поступил с моей. Они монстры, бездушные, совершенно лишенные каких-либо принципов. Ради своего Закона, будь он трижды проклят, они пойдут на все. Ты уже замечала, что у всех в клане глаза отливают красным?
Девушка молча кивнула, не понимая, к чему именно она клонит.
