Анзор заговорил о том, что его больше всего сейчас волнует. Кампания по забою заражённого скота грозила ему серьёзными убытками. Он усматривал злой умысел — конкуренты, поставщики импортного мяса, спелись с идейными идиотами, недостатка в которых никогда не бывает, и развернули эту истребительную кампанию. Обсуждая проблему с тестем, ему больше хотелось высказаться, нежели испросить совета. Кивнув головой в знак того, что понимает, Иорам вдруг подал идею:
— Сделай ГТД, упакуй по-заграничному, и продай мясо, как импортное. Гулумбар, Сулумбар, какая разница.
Анзор сделал круглые глаза, действительно, если он подделывает сертификаты, почему не подделать ГТД? Глубоко втянув воздух, повернул голову в сторону мангала.
Тут все, как по команде, посмотрели в ту же сторону. В котлах варилась хашлама и язык, на шампурах жарилась сочная мякоть, распространяя аромат поджаренного сала. В дыхании ветерка, забегающего под навес, чувствовалось приближение прохладного вечера.
Стол накрыли во внутреннем дворике. Прямо с костра все принесли туда. Женщины их ждали, предупрежденные Зазой, беспрерывно сновавшим из дома к мангалу и обратно.
Анзор принес из подвала чачу и разлил мужчинам в рюмки. Катя попросила себе тоже:
— Девушки от крепких напитков не пьянеют!
К ней присоединилась Нина Алексеевна.
Когда все заняли свои места, Иорам, сидевший во главе стола, взял первым слово:
— Э-хе-хе! Годы отбегают назад со скоростью резвых скакунов, и тень костлявой старухи с косой неумолимо надвигается на их тропу. И только при виде молодой поросли кровь бурлит в онемевших венах. Выпьем за продолжение жизни — за детей, внуков, за наше будущее!
Все выпили.
Андрей отказался от предложенной хашламы — потому что не любит — и сразу принялся за второе блюдо.
— Ты не любишь, зато хашлама тебя любит, у вас любовь неразделённая, — сказал Анзор.
И принялся рассказывать о своих делах.
— Мне приглянулась дубовая лестница в доме одного клиента. Сделана на века. А фигурные балясины, резные столбики, медные прутья для фиксации ковра — красота! Запал я на неё. По ночам мне снилось, как я взбираюсь по ней на вершину своего благополучия. Стал я приносить клиенту красочные проспекты с модными заграничными интерьерами. Такими, чтоб там были навороченные стеклянные лестницы с металлическими перилами и безвкусными хромированными приблудами. Обрабатывал клиента два месяца. В конце концов, он сам пришел к выводу, что пора менять своё старье на современный хай-тек. Он выбрал по каталогу витую лестницу с широкими стеклянными ступенями. Я как бы нехотя согласился выполнить работы и сказал, что могу сэкономить его средства: в счет оплаты своих услуг заберу старую лестницу. Все, что нужно заплатить — это стоимость новой. Клиент был счастлив: демонтаж, доставка, монтаж — все бесплатно! Мысли о новой лестнице вытеснили в его сознании мысли о старой. Я уж не стал его огорчать известием о том, что поставщик доставляет дорогой товар бесплатно. Никому не доверяя, я сам демонтировал дубовую лестницу. Аккуратно, чтобы ничего не повредить, почти неделю работал. Тщательно упаковал и вывез на машине. Теперь я счастлив, ибо сказано: остро видящий не пройдет мимо источника счастья, не утолив жажду.
— И где теперь эта чудо-лестница, доставшаяся столь хитроумным способом? Она украшает ваш дом? — спросила Катя.
— Э-э! Зачем мне это старьё? Загоню на другой объект. Там клиент насмотрелся каталогов со старинными дубовыми лестницами, теперь только такую хочет. Не могу отказать: желание клиента — закон.
Собрав узлом на затылке густые длинные волосы, Тинатин сказала, обращаясь к Андрею:
— Уехали, и не проголосовали, без вас там всё решили.
Руки её были всё ещё заняты, и она грудью придержала готовую соскользнуть со стола салфетку.
— Думаю, мы не проиграли, хотя пропаганда сулила обратное, — ответила Катя.
— Больше всех проиграл президент, — заявил Анзор. — Когда мужчина находится в том возрасте, когда приходит осознание того, что женщина необходима людям с ограниченным воображением; тогда в момент ухаживания он думает, что воспримет её согласие как поражение, а отказ — как облегчение.
— Жена президента говорит, что её муж всё пропускает через сердце, — вздохнула Нина Алексеевна. — Наверное, она расстраивается, что муж победил, — лучше бы ему отдохнуть, заняться здоровьем.
— Подождите, давайте по порядку, — вмешался Андрей. — Кто победил на выборах?
— Вы разве не смотрите телевизор? — раздался удивленный голос Тинатин.
Она в этот момент устраивала у себя на коленях младшего сына, Автандила. Малыш ёрзал, не хотел сидеть спокойно, и ей некоторое время пришлось его успокаивать, призывать к порядку.
Андрею нужно было что-то ей ответить — вопрос, хоть и риторический, всё-таки был задан. Два месяца назад в доме сломалась антенна, Тинатин сказала об этом мужу, но тот, уехав по делам, забыл починить. Впоследствии ему никто об этом не напомнил, а про неработающий телевизор, вернее несколько дорогостоящих телевизоров, никто уже не вспоминал. А новость о состоявшихся выборах Анзор привёз с базара только сегодня.
