Они вышли на улицу. Стоя у машины, милиционеры ждали начальника, который беседовал с барменом, и равнодушно смотрели на присмиревших участников потасовки. Те, в разорванной одежде, украшенные ранами и кровоподтёками, всё ещё не решили, что делать дальше. Судя по всему, и те, и другие, естественно существовали в условиях боевых действий, и данное происшествие не являлось чем-то из ряда вон выходящим.
– Откуда сами? – поинтересовался Гиви.
«Начинается…» – недовольно подумал Андрей.
– А что…
– Из Москвы?
– Из Волгограда.
– А-а… Мои родственники тоже живут в Москве, на Волгоградском проспекте. У тебя какой номер дома?
– Нет же, мы не москвичи, мы именно с Волгограда.
– Что за город такой? – удивился Гиви. – Нет такого города, слушай.
– Как же нет? Это город на Волге. Мы там живём.
– Вах, симон, нет такого города! – вызывающе произнёс Гиви.
– Ну… как тебе объяснить… Это бывший Сталинград.
– Сталинград знаю! Есть такой город. Почему говоришь «бывший»? Он был и есть Сталинград.
И добавил немного угрожающе:
– Волгоград – нет такого города, никогда не было!
Андрею всё стало ясно, и он прекратил спор. Пока шли до машины, слушали рассказ Гиви о Картли – древнем грузинском царстве, существовавшем в границах от Никопсы до Дербента. Потом недальновидные князья стали вести междоусобные войны, страна оказалась раздробленной на мелкие царства и княжества. Отложились одни, другие, третьи. Ослабленная страна стала легкой добычей для алчных соседей – Турции и Ирана.
Слушая Гиви, Андрей понял одно – реальность сегодняшнего вечера ограничивалась формулой «здесь и сейчас должны быть сформулированы конечные истины»: что произошло, что происходит, в чём правда жизни, и как дальше быть.
Ведя такие разговоры, они подошли к машине. Гиви еле стоял на ногах, но, тем не менее, продолжал вести воинственные речи. Болезненно морщась, Андрей посмотрел на его заплывший глаз, на окровавленную рубашку, и, пожимая на прощание руку, сказал:
– Езжай в больницу! Прямо сейчас!
И задержал его руку в своей:
– Давай мы тебя отвезём.
– Не надо, друг, спасибо! Ничего страшного. Отдыхайте.
Провожая взглядом удалявшуюся фигуру, Андрей сказал вполголоса:
– Сумасшедший…
И громко крикнул вслед:
– Гиви! Езжай в больницу! Срочно!
Не оборачиваясь, Гиви махнул рукой. И ускорил шаг.
Андрей сел за руль и завёл машину.
– Как политики могут заморочить населению мозги – просто удивительно! Ни один доктор по головам не сможет уговорить таких, как Гиви, как Леван, разойтись по домам и заняться своими личными делами.
Когда они тронулись, Катя сказала, посмотрев на Андрея преданным взглядом:
– Знаешь, Андрюша, а я ведь ни капельки не испугалась! У тебя был такой бесстрашный вид.
Да, вечер прошёл в каком-то грузино-абхазском наваждении.
– Народ – как конь: если долго застоится, надо прогулять, – сделал вывод Андрей.
В чешском пивном ресторане «Радгост» было многолюдно. Администратор проводил их к столику, который Артур заказал заранее.
– Я знаю, что нужно взять, – заявил он. И обратился к официантке: – Три «Крушовице» и три порции «грундле», три порции колбасок с картошкой.
– Может, водочки? – спросил Владимир.
– Успеем, сначала по пивку.
Когда официантка ушла, Артур сказал в продолжение начатого разговора:
– Я так вижу ситуацию: делай, что хочешь – любые макли-пакли, но друзей обманывать нельзя.
И он разразился потоком брани в адрес Дмитрия, управляющего казино «Фараон». Владимир молча кивал.
Принесли пиво. Они чокнулись большими пивными кружками и выпили.
– Почему ты не хочешь заняться акциями? – спросил Владимир.
Он имел в виду куплю-продажу акций компании «Компания Три-Эн». Это была типичная «пирамида» – компания, эмитирующая ничем не подкрепленные ценные бумаги, владельцам которых выплачивали очень высокий доход – до 80 % в месяц. Хозяева фирмы не вкладывали денежные средства в производство или в какой-либо другой вид деятельности. Но на рекламе не экономили. Граждане, купившие акции в конце жизненного цикла «пирамиды», неизбежно должны были попасть на деньги, но, пока фирма работала, и проводились высокобюджетные рекламные компании, в том числе с участием известных артистов, на сделках с акциями можно было неплохо заработать.
– У меня нет свободных денег, всё в деле.
– Всё в деле… А какой процент на вложенный рубль ты получаешь в своём деле?
Артур задумался. Он отпил пива и вытер салфеткой губы. Посмотрел в потолок. Потом сказал:
– Точно не знаю. Этим занимается гендиректор.
– Гендиректор занимается… Как это ты не знаешь, сколько денег зарабатываешь? Объясни.
– У меня есть директор, он занимается делопроизводством и подсчетами. Я начал бизнес, и взял его в компаньоны. Понятно?
Владимир отрицательно покачал головой и усмехнулся:
– Нет. Какая-то ебатория. Ты должен в какой-то степени ориентироваться, что происходит на твоей фирме.
И, разламывая обжаренную в масле рыбёшку, добавил:
– А вообще – ты должен точно всё знать – вплоть до копейки, до самых мелочей.
Артур начал объяснять.
