По лицу Марианны струились слезы. Толпа застыла в парализующем молчании. Народ все прибывал, занимая проезжую часть, поскольку на тротуаре места всем не хватало. Машины сигналили, требуя, чтобы их пропустили, ведь заблокированы были обе полосы.
– Скорей! Где патрульные, черт бы их побрал?! – крикнула Эрика. Дежурная за стойкой снова подняла трубку телефона. Эрика повернулась к толпе и заметила Лору у машины Тревора Марксмэна. По ее лицу текли безмолвные слезы.
Внезапно в руке Марианны сверкнул большой кухонный нож. Настроение толпы изменилось. Народ хлынул на дорогу, прямо под колеса машин, которые теперь исступленно сигналили на все лады.
Марианна ринулась на Тревора Марксмэна, полоснула его ножом, вонзая острие в его руки, которые он инстинктивно поднял, пытаясь защититься от ударов. Лора, вытаращив глаза, кричала матери, чтобы та прекратила.
– Черт! – громко выругалась Эрика. – Где же патрульные?
Вместе с Мосс они выскочили на улицу, сбежали по лестнице. Следом за ними через несколько секунд примчались шестеро патрульных.
Им удалось схватить Марианну Коллинз и повалить ее на землю лицом вниз. Ее обезумевшее лицо усеивали брызги крови, кровью была измазана и ее левая щека; на белой блузке женщины расплывались три огромных красных пятна. Молодой констебль в бронежилете сумел поймать руку Марианны и вывернуть ее так, что она выронила нож. Носком ботинка он отшвырнул его в сторону, под ноги своему коллеге.
Марианна захлебывалась истошным хриплым криком. Женщина-констебль, повалив, коленом придавила ее к земле. Та продолжала сопротивляться, пока ей не завели руки за спину и не надели наручники.
Эрика подбежала к лежащему на тротуаре Тревору Марксмэну. Он был весь в крови, хлеставшей из трех глубоких ран на его руках. Она увидела, что в одном месте порез уходил до самой кости. Эрика быстро сняла с себя тонкий пиджак и, опустившись на колени рядом с раненым, принялась обматывать им его кровоточащие руки.
– «Скорую», быстро! – крикнула она, перекрывая гомон. – Человек истекает кровью! – Разыгравшаяся перед полицейским участком драма привлекала внимание людей, выходивших из здания железнодорожной станции на противоположной стороне улицы, и толпа на тротуаре стремительно увеличивалась и уплотнялась.
Окровавленную и вопящую Марианну потащили прочь. Из главного входа отделения выскочил полицейский с аптечкой.
А телеоператоры и фоторепортеры продолжали снимать весь этот хаос на видео.
Помощник комиссара Камилла Брейс-Козуорси отвела взгляд от большого телевизора, что висел на стене в ее кабинете, и повернулась к Эрике, стоявшей перед ее столом.
Встреча происходила ранним утром следующего дня. Камилла только что показала Эрике и Маршу двухминутный обзор событий предыдущего дня. Марш сидел в гробовом молчании по одну сторону от нее.
Накануне вечером инцидент у отделения полиции Бромли стал главной новостью во всех средствах массовой информации. Двухминутный обзор представлял собой смонтированную телеканалом
Эрика неловко переступила с ноги на ногу. Сесть ей не предложили, а это не сулило ничего хорошего.
– Вам была поставлена задача доставить Джоэла Майклса в отделение для допроса без лишней шумихи. На каком этапе вы пренебрегли осторожностью? – спросила Камилла, глядя на Эрику поверх очков. – Ведь именно это мы посоветовали вам, когда вы поставили вопрос о его аресте.
– Да, мэм. Мы не могли предвидеть такое развитие событий. Совершенно очевидно, что кто-то предупредил Марианну Коллинз, равно как и прессу, – ответила Эрика.
– Вы должны найти утечку и ликвидировать ее, решительно и беспощадно.
– Слушаюсь, мэм. Мои сотрудники проводят тщательную проверку.
– Что мы имеем в сухом остатке?
– Тревор Марксмэн госпитализирован; он потерял много крови, но должен полностью восстановиться. В силу характера его кожных трансплантатов ему придется какое-то время провести в отделении интенсивной терапии.
– Что с Марианной Коллинз?
– Она была арестована, ей предъявили обвинение. Теперь она отпущена под залог.
– А Джоэл Майклс?
– Я вправе удерживать его под арестом еще два дня, – ответила Эрика.
Камилла откинулась на спинку кресла и внимательно посмотрела на нее.
– Разумеется, старший инспектор Фостер, расследованием руководите вы, но на вашем месте я отпустила бы Джоэла Майклса.
– Но, мэм, у меня есть доказательства, что он следил за Джессикой, снимал ее на видео. Он был осужден за растление несовершеннолетних. Он солгал о своем знакомстве с Бобом Дженнингсом. Я считаю, что Джессику прятали в подвале хижины у Хейзского карьера.
