Все, писать стало негде, чистого места на обороте не осталось. Джон огляделся в поисках какого-нибудь листочка бумаги и, вспомнив о договоре найма автомобиля, вытащил его из отделения для перчаток. Перегнув договор пополам, принялся писать на обороте.
Исписав обратную сторону договора на аренду, Джон уставился на оба листочка, которые лежали у него на коленях. Что можно понять из его записей?
— В электронном письме, отправленном 11 июня, речь шла о том, что Дженни занялась делом Полы, — прошептал он самому себе. — Допустим. Но Дженни не успела закончить работу. Тогда эстафету приняла Рейчел — вот почему она сказала: «У меня много дел». Но какое отношение к этому имеет демон, хотел бы я знать?
Джонатан замолчал. В голову ему пришла интересная мысль.
— А не
В голове у него мелькнула очередная мысль.
«Нет, — решил Джон, поразмыслив, — это невозможно. Дженни погибла в Форт-Уильяме, а Рейчел пришла в себя в Уайтмонте, в ста пятидесяти милях от того места». Он не представлял, как могут быть связаны эти события. Что же он упустил? Проклятье, так можно сойти с ума!
Джон завел мотор, задним ходом выехал со стоянки и покатил на восток.
За окном мелькали деревья, дома, фонари. Часы показывали начало восьмого. Когда Рейчел очнулась от полудремы, тут же почувствовала, что внутреннее беспокойство никуда не исчезло. Иногда подобное чувство охватывает вас, если вы встали не с той ноги. В неудачный день, когда вы теряете уверенность в себе. Все валится из рук, ничего не работает, а то, что вы делаете, воспринимается и истолковывается неверно. Рейчел чувствовала себя в опасности. На нее надвигалось нечто темное и ужасное.
Ее дурные предчувствия начали сбываться за полчаса до того, как они подъехали к Ардроу-Хаус. Джону позвонили. Не раздумывая, он схватил свой «блэкберри», который валялся в отделении для компакт-дисков под стереосистемой «пассата», и прижал телефон к уху.
— Алло?
Несколько секунд он молча слушал, и его лицо ничего не выражало, а потом брови Джона полезли на лоб.
— Боже мой, — запинаясь, пробормотал он. — Боже мой!
Глава двадцать седьмая